58. Письмо ген.-лейт. Вельяминова 1-го князю Меньшикову. Без числа и номера.

М. г., князь Александр Сергеевич! По содержанию вопросов вашей светлости, при отношении вашем ко мне от 10-го апреля за № 13 приложенных, честь имею ответствовать.

Вопросы

Ответы

А. 1) Через какие урочища и по какому направлению проводят персияне граничную линию от горы Алагеза до угла межи Шурагельской, и какой пункт почитают они сим углом? А. 1) Персидские комиссары предполагали от снеговой горы Алагеза провести границу спуском с оной по правому берегу вытекающей из оной речки Гюзелдара до курганов: Колугати и Дашбулах, а от сих до вершины урочища Сиведик на гору Карабогаз, не упоминая в котором из сих мест означают они угол межи Шурагельской. — В замечании Аббас-Мирзы на акт, составленный мною с Фет-Али-ханом 28-го марта 1825 года хотя видно какого-то рода согласие, но нелепость употребленных им выражений ничего настоящим образом не определяет, ибо в сих замечаниях только сказано: «От вершины горы Алагеза по всем местам вершины оной большой снеговой горы до угла Шурагельского округа».

Сии замечания гораздо сходнее с границею означенною в акте чем с предлагаемою персидскими комиссарами, которую никак допустить невозможно, ибо они спускаются с вершины гор на северо-западную плоскость оной и не определяют угла межи Шурагельской. Из гюлистанского трактата видно, что взято за общее правило проводить границу либо по живым урочищам как то: реки и озера, либо по вершинам гор; следовательно, персидские комиссары, спускаясь на северо-западную отлогость гор, отрезывают часть земли, долженствующей по трактату принадлежать России. Северо-западной сей долины никак невозможно уступить персиянам, которые, владея оною, иметь будут всегда свободный вход в Бамбакскую и Шурагельскую нашу провинцию.

Разоренное селение Мирах, означенное в акте, совершенно определяет угол межи Шурагельской, ибо оно стоит при прямых спусках с вершин гор Бамбакских и Шурагельских, не подаваясь с них ни вправо ни влево и составляя между оными весьма узкий проход, который легко защитить весьма малым количеством войск; следовательно, невозможно точнее определить угла межи Шурагельской.

2) Отрезывают ли они сею чертою селения России принадлежащие, и какие именно? 2) На сем пространстве нет никаких селений, но северо-западная долина Шурагельских гор должна и по трактату принадлежать России.
3) Занято ли сие пространство нашими войсками или временным караулом, или пользуются им персияне? 3) Долина сия никогда не била занимаема ни персидскими, ни нашими караулами, по причине малочисленности войск наших расположенных в Бамбаках и Шурагели; однако же оная служила всегдашними пастбищами для жителей близлежащего Бамбакскаго селения Амамлы.
В. 1) От Бамбакских гор до Барат-гедюка существует ли разница в начертании границ персиянами от наших требований? В. 1) Персидские комиссары были согласны на часть границы, пролегающей по вершине гор Бамбакских, по высотам Давадаш, Маймах, Алтынтах, Улаших, Архаман и Кумурлу до горы Агрикар; но от оной уклоняют сию границу от неразрывного сего хребта гор, проводя черту пограничную по дороге, у подошвы сих гор с северо-восточной стороны в наших границах лежащей, чрез средину площадок Ат-мейдан и Эшек-мейдан. От Эшек-мейдана через горы Чибахлу, Соухбулах и далее по горам, над озером Гокчею, висящим во внутрь Казахской дистанции. Из сего видно, что персидские комиссары весьма удаляются от Барат-гедюка более на север в Казахскую и Шамшадильскую дистанцию, дабы иметь свободный вход в наши границы, а потому и невозможно допустить сей уступки.
2) Ежели есть спорное пространство на сем расстоянии, то кем и с какого времени занимается? 2) Оное всегда занималось со времен завоевания Бамбак и заключения мира сенокосами Тифлисского пехотного полка.
С. Владеем ли мы ныне Гильскою долиною и разоренными деревнями: Зод, Башкент и Дашкент, и с которого времени имеем там посты? С. Гильскою долиною и разоренными деревнями Зод, Башкент и Дашкент всегда владели мы со дня заключения трактата. На Гильскую долину с открытием весны посылалась всегда в караул одна рота, которая в октябре снималась на зиму с дозволения г-на главноуправляющего как на сию долину, так и на пространство, заключающееся между Барат-гедюком и речкою большой Сатанагач, по берегу озера Гокчи; приходили кочевать эриванские жители и с раннею весною с сих мест сходили. А как, по силе акта 28-го марта 1825 года, Гильская долина уступлена Персии, то и предписано не занимать более оную нашими караулами, а оставить ее в полное владение Персии. Но на пространство между Барат-гедюком и речкою большой Сатанагач не должно уже персиянам загонять скот свой на зимние пастбища, ибо оное нами оставлено во владении взамен принадлежащего нам по трактату и занимаемого Персиею пространства между речками Капанак и Капан-чаем. Что же касается до разоренных деревень: Зод, Башкент и Дашкент, то, по неважности сих мест, там никогда не было постов, но оные наблюдались нашими татарскими жительскими разъездами, что и до сих пор наблюдается.
D. На какие документы сослаться можно для доказательства, что Капанский магал или Карадаг составили часть Карабагского ханства, которое вполне уступлено по III-й статье Гюлистанского трактата. D. Пространство между Капанак и Капан-чаем никогда не принадлежало к Карадагу, который лежит за Араксом по правому берегу сей реки. Оно известно под общим наименованием Капана или Капанистана, т.е. земля Капанская, которая разделяется на 7-мь округов или магалов: Гюлабарт, Адженан, Кирхана, Чаундур, Маасри, Гюгран и Мигри; еще земля, лежащая близ Мигри, именуется Гюней. В них имеются около 35 деревень, исключая кочевого нисианского народа и других скитающихся племен.

Капан всегда составлял неоспоримое достояние Карабагского ханства. Ибрагим-хан карабагский, утвердив наследником своим бежавшего Мехти-Кули-хана, отдал Капанский магал младшему своему сыну Абдул-Фет-хану, который неоднократно находился с иррегулярною своею конницею при войсках наших для совокупного действия против персиян. Наконец, когда селение Мигри было оставлено российскими войсками по причине убийственного климата, Абдул-Фет-хан оставался владетелем Капана, защищаясь уже сам от персиян. Персидское правительство, не успевши покорить в продолжение войны Капанские магалы, по заключении мира привернуло к средствам коварной своей политики и достигло желаемой цели. Под видом сожалений о неравенстве раздела Карабагского ханства, учиненного Ибрагим-ханом между двумя своими сыновьями, Аббас-Мирза, дабы улучшить положение Абдул-Фет-хана, поручил ему в управление несколько персидских магалов по правую сторону Капан-чая лежащих, что самое привело его в некоторый род зависимости и побудило к поездке в Тавриз. Возвратясь в Капан, он уже застал там батальоны сарбазов и получил повеление довольствоваться Ардабадскими магалами; Капан же поручен управлению карабагского беглярбега Юсуф-хана, обязавшегося вносить в казну 10 т. туманов или 40 т. рублей серебром ежегодно. Из сего явствует, что персидское правительство, обольстив Абдул-Фет-хана, могло получить некоторое право на одну его особу; но оно не могло и не может распространять оного на Капанские земли, составлявшие всегда часть Карабагского ханства.

?. 1) Какая собирается плата с кочующих персидских подданных на Муганской степи? ?. 1) Плату сию точно определить невозможно и она не может ежегодно быть одинакова, ибо всегда зависит от количества разного рода скота, пригоняемого персиянами зимою для пастбища. Известно только то, что она ничтожна и собирается не в пользу казны, но составляет принадлежность наиба, управляющего Муганским магалом, находящегося на правом берегу реки Куры. Мусульманский чиновник сей за сию плату содержит всегдашний караул, коим сохраняет казенную собираемую там соль и посевы казенного там хлеба.
2) Существовала ли сия плата со времени владычества хана над Ширванским ханством? 2) Шах никогда не владычествовал над Ширванским ханством. Ханы оного всегда считали себя от Персии независимыми, и плату сию всегда собирали с персидских кочующих народов, пригонявших скот свой для пастбища на Муганскую степь.
3) Прекращалась ли сия плата во время русского правления? 3) Никогда не прекращалась.
4) Не употребляются ли деньги от сего сбора поступающие на какие-либо надобности мусульманского закона? 4) Ни на какие надобности не употребляются, ибо составляют принадлежность магальского наиба или управителя.
5) Какие еще доводы могут быть употреблены для удержания сего сбора? 5) Давность всегда существовавшей сей платы; а более всего принятое всеми вообще народами правило, что всякий во владении своем волен располагать оным по своему произволу.
F. Как называется талышинский хан и его сыновья, и чем каждый из них владеет? F. Талышинский владелец называется Мир-Гассан-хан. Старший сын хана Касим-бек не имеет никакого владения, прочие сыновья еще малолетние и имена их неизвестны. Но у хана шесть братьев следующего прозвания: Мир-Гуссейн-бек, Мир-Мамед-бек, Мир-Аббас-бек, Мир-Гидает-бек, Мир-Исмаил-бек и Мир-Абкар-бек. Все они имеют свои уделы, о коих точных сведений иметь невозможно, ибо собиранием об оных сведений можно подать подозрение недоверчивым сим владельцам, что правительство намерено обложить их какою-либо данью.
G. 1) Какого числа орудий домогался Аббас-Мирза в подарок?

2) Не требовал ли он возвращения взятых в Асландузском сражении и сколько их?

3) На каких условиях были обещаны ему орудия, сколько и какие?

4) До какой степени удовлетворено сие желание Аббас-Мирзы?

G. По нахождению всей о сем деле переписки у самого г. главноуправляющего, я не могу сообщить обстоятельных о нем сведений. Известно мне только то, что его высокопревосходительство, ожидая, что акт 23-го марта 1825 года будет шахом утвержден, хотел иметь свидание на границе с Аббас-Мирзою и именем государя императора подарить ему 12-ть орудий нашего литья со всею упряжью. А как акт сей не утвержден шахом, то и свидание с Аббас-Мирзою, а тем менее подарок 12-ть орудий, не могли уже быть приняты.
?. Ежели персидское правительство употребляло непозволительные средства к возмущению наших подданных или горских народов, то какими перехваченными документами или другими средствами можно уличить сие правительство? H. Перехваченных документов для уличения персидского правительства в возмущении России принадлежащих народов нет никаких, да и быть оных не может, ибо опасаясь, что посылаемые лазутчики могут быть схвачены, персидские пограничные начальники возмутительных писем не решаются посылать; следуя общему здесь обыкновению, приказывают все доверенным своим на словах. Но что персидское правительство употребляет все возможные средства к возмущению подвластных России народов, в том не может быть ни малейшего сомнения, и сильнейшим тому доказательством может служит то, что Аббас-Мирза окружил себя всеми нашими беглецами: как царевичем Александром, бывшими ханами Мустафою-ханом ширванским, Мехти-Кули-ханом карабагским, Сурхай-ханом каликумысским, сыном умершего Ших-Али-хана кубинского. Всем сим беглецам дается большое содержание, и они поселены около нашей границы, дабы им было удобнее иметь сношение с подвластными им прежде народами для подстрекания их к измене. Если б персидское правительство не имело в виду сего подлого средства, то конечно оно могло бы поселить их в отдалении oт границы, доставив им больше выгод чем они теперь пользуются.
I. Могут ли быть отпущены с князем Меньшиковым оригинальные персидские документы, на кои он ссылаться должен, как например: акт 28-го марта 1825 года; замечания Аббас-Мирзы на сей акт с письмом его к генералу Ермолову; и буде есть еще и другие бумаги для уличения персиян в случае с их стороны ложных ссылок? I. Оригинальный акт 28-го марта 1825 года находится в Тавризе при делах миссии; но к нему не приложена печать Фет-Али-хана. Его высокопревосходительство генерал-от-инфантерии Ермолов из великодушия не хотел подвергать его гневу шаха и Аббас-Мирзы, как будто предчувствуя, что, не взирая на большие выгоды сим актом предоставленные Персии, оный не будет утвержден шахом. Если б к сему акту Фет-Али-хан приложил печать свою, то нет никакого сомнения, что он был бы или лишен жизни или ослеплен, казнь слабейшая, какую может ожидать себе персидский сатрап, не угодивший своему государю. Фет-Али-хан есть сын Гильского владельца, который во время царствования императрицы Екатерины II был под покровительством России, и явно вел войну с шахом; сего слишком достаточно было чтоб не подвергать сего чиновника ни малейшей для него гибели. Его высокопревосходительство, отправляя Фет-Али-хана, в письме своем к Аббас-Мирзе, от 26-го марта 1825 года за № 25-м, изъясняется: «Прежде сего не склонял я высокостепенного Фет-Али-хана, чтобы дал

он свое согласие, хотя так же был он уполномочен, равно и теперь не склонял я его; ибо вторичный приезд его сюда доказывает, что в первый раз не имел он счастья угодить вашему высочеству».

Нет никакого сомнения, что Фет-Али-хан будет отвергать, что он никогда не давал своего согласия на границу означенную в акте; и в сем случае невозможно требовать от него искренности, которая может его повергнуть со всем семейством в бездну злополучий. Оригинальных замечаний Аббас-Мирзы на акте 28-го марта 1825 года не находится при делах, а один только перевод с оных, который и будет вашей светлости доставлен. Нельзя опасаться, чтобы Аббас-Мирза не признал сей перевод сходным с подлинником, ибо оный слишком для него выгодный. Что же касается до нот персидских комиссаров, бывших при разграничении, то оных всего три и те без печатей, следовательно не имеют никакой силы. Аббас-Мирза им запретил подавать ноты и принимать оные от наших комиссаров. Сие одно повеление ясно доказывает, что само персидское правительство чувствует несправедливость своих требований. Ноты сии с переводом оных при сем препровождаются, которые покорнейше прошу по возвращении вашем из Персии мне доставить обратно для приобщения к делам.

Удовлетворив вопросы ваши, согласно имеющимся сведениям, я имею честь остаться с истинным почтением и совершенною преданностью.

Там же.