Ввиду большого объема примечаний их можно посмотреть здесь
(открываются в новом окне)

РАСПОРЯДОК ЦАРСКОГО ДВОРА

I

Мсахуртухуцесу подает из сокровищницы и постилает глава хранителей сокровищницы; мсахуртухуцес кланяется ему.

В день начала нового года царь никем не облачается, кроме как главой охотников, который облачает его в желтый кафтан с короткими рукавами, не очень широко отороченный по вороту мехом и покрывает ему голову высоко вздыбленной, остроконечно сшитой шапкой доброго бобра.

Сажают его перед винохранилищем на высокий стул, ставят перед ним стол и кладут перед ним вареную голову вепря.

Перед тем, в винохранилище же, в его стороне, поодаль, раньше садятся глава портных и лесники, а главы кувшинников стоят; исчисляют и их и садятся на том же месте, где становятся. То же и с охотниками.

II

С этого времени, с начала года, до федорова дня [они 1 при дворе]. Глава охотников приносит шашлык, отступает назад же и спрашивает, в какую сторону завтра направиться [на охоту]. Царь повелит, где ему угодно, и жалует ему стакан и шашлык; тот съедает и выпивает вино, идет туда же и садится на свое место. [46]

III

Теперь скажем о богоявлении, великом празднике.

Полагается, чтобы сколько ни есть христиан, все шли туда, где находится царь.

Подвязывается большое знамя и впереди — литаврщики; и поднятое знамя, конечно, впереди; затем — крестоносец, в облачении и с животворящим крестом в руках.

И, освятив воду, так же идут обратно. Прибудет царь в церковь и литаврщики не бьют уже больше в литавры, и знамя стоит у церковных дверей.

Когда царь выходит из церкви, он шествует [во дворец] со знаменем и становится там же, у входа в дверь, внизу.

Дарбазоба ( = приему) быть как царь пожелает, большим порядком, либо малым, по существующему правилу.

IV

Это выше мной упущено. При дарбазоба (= приеме) амилахор опоясан мечом; он стоит, где покоится животворящий крест, одной пядью сзади.

Когда наступает время ему сесть, да передаст меч доброму оруженосцу, тот повесит его себе через плечо; и один придворный чин одет в белейшую кольчугу; стоят они за спиной.

V

Царь Георгий, отец Тамары, сделал, оказывается, из самого серебра по образцу саламасурских,— кольчугу и ее и одевают.

Амилахор садится на свое место.

И когда крестоносец унесет животворящий крест, он же стоит (кто? — И. С) и отдает [приказ] поставить царский лоток.

VI

Пасхальное чтение — дело крестоносца, протоиерея и прочих книжников, хороших чтецов. [47]

Чкондидел [поздравляет] царя и секретарь опочивальни — [чкондидела], секретарь оружейной палаты — [секретаря опочивальни].

VII

На пасху амирспасалар [принимает поздравление] от амилахора; амилахор — от главы оруженосцев; глава оруженосцев— от главы оружейной палаты.

Мандагуртухуцес — от амирэджиба; амиреджиб — от гостинника и распорядителя.

Мечурчлетухуцес — от нацвала по казнохранилищу; нацвал по казнохранилищу — от мукифа [казнохранилища].

Мсахуртухуцес — от главы спальников; глава спальников — от главы хранителей сокровищницы; глава хранителей сокровищницы — от хранителей сокровищницы.

Личного [царского] кравчего [...], глава кравчих — от мукифа винохранилища; глава управителей — от мукифа управительской; глава управительской — от главы мисников; глава мисников — от нацвала по коневодству.

VIII

Чкондидел по понедельникам садится в просительном дворе; судит дела сирот, вдов и потерпевших от насилия; секретарь опочивальни сидит рядом с ним и он (чкондидел) посылает секретаря оружейной палаты и из его уст выслушивает доклад, кто в чем терпит. А [если] чего не удается по его докладу уладить, встанет и, когда будет время, сам придет [к истцу] и тогда разбирает какую кто неправду терпит, и не отступится, не уладив.

IX

Гелати исключая, храмы и прочие монастыри и церкви, священники и монахи, и какие ни есть церковные чины,— все [48] принадлежат к ведомству чкондидела и секретаря опочивальни.

Чкондиделу положены приставниками казначей и эджиб, остальные положены от двора.

Он вхож и в казнохранилище и, поскольку он есть (духовный) отец царю, без него не решится никакое дело.

Секретарю опочивальни положен приставником казначей.

Каждый день пять листов бумаги — чкондиделу, три листа — секретарю опочивальни, два листа — секретарю оружейной палаты и по одному листу — прочим секретарям. Когда испишут... (Е. Т. замечает “Тут недостает 5 листов”).

X

... принимает счет [...];

хотя бы ни в чем не провинился, и тогда одного хлебника исправит обритье. Иные пишут: “Обрить и неповинного”. Но, если не провинился, почему не довольно с него битья. Если же нет,— обнаружится у него краденое,— конечно обреет.

XI

Дела о виноградниках обстоят так: они находятся в ведении мандатуртухуцеси.

Надсмотрщиком работы он дает приказ быть мандатуру и велит выписать наряд, указывает, с такой-то, мол, местности пригоните рабочих.

Отправляются мандатур и один кравчий, назначенный главой кравчих, работают; так же и сборщики винограда.

Мандатур бывает один.

XII

Амирэджибу повсюду открыт путь по делам, где бы царь ни находился, в сокровищнице ли, в опочивальне ли, в казнохранилище ли, он всюду вхож и везде печется [о делах ], кроме [49] как если царь не облачен; [тогда] больше пекутся мсахуртухуцео и его подначальные. Однако не допускать амирэджиба и им не подобает.

А когда облачится и выйдет, попечение и всякое поднесение даров по его части, вплоть до вечернего звона.

Приставником амирэджибу положен мандатур же.

Живое сдается на руки мукифу, а как отсекут убойному животному голову, сколь бы много ни забили, одна говяжья лопатка,— если одно зарежут, одна же лопатка,— гостиннику, а в воскресный день — один кабиц ( = мера) муки и одно забитое животное. И сколько ни придет пеших подносителей и книжников, он их кормит.

ХIII

Кому бы ни пожаловали сигель, писец его имеет право получить должное ему после того как выдана будет мзда чкондиделу и секретарю опочивальни, и тот, для кого сигель написан, лишь тогда обязан дать вознаграждение гостиннику.

Мзда за грамоту положена мандатуртухуцесу и амирспасалару равная, гостиннику — меньшая, и распорядителю; излишек от него следует мандатуру и достается ему. Он его от распорядителя должен получить.

У мандатуров имеется триста домов по эту и по ту сторону (Лихских гор, т. е. в Западной и Восточной Грузии); трое — азнауры: Икункелисдзе, Шеракисдзе и Джарнасдзе; остальные все — крестьяне.

О получении [мзды] главой управителей написано мной выше.

В ведении главы мисников находятся: грецкие орехи, постное масло, соусы, маринады, удой, известковый мастер, сухая рыба, алыча, горох, все доярки буйволиц, кухонная палатка и несеребряная посуда, медная и деревянная.

XIV

Теперь скажем, мсахуртухуцес — визирь и в его ведении состоят: сокровищница, опочивальня, глава спальников, [50] глава хранителей сокровищницы, глава служителей, глава цицхвов 2 , глава фруктовщиков. По опочивальне и сокровищнице, пока царь облачится, попечение и приношения подлежат им — мсахуртухуцесу, главе спальников, главе хранителей сокровищницы.

Приняв поклонение мсахуртухуцеса, царю надлежит пожаловать ему перстень с драгоценным камнем.

А приставник положен и главе спальников.

Печать прикладывается так: большая печать для грамот, та, что разрешительная печать, ею печатали; и золотая чаша к ней стоит рядом; запечатленная туирита (***) штамп вздета на руку главы хранителей сокровищницы; глава хранителей сокровищницы [...] коробщику, хранитель сокровищницы берет (?) и глава хранителей сокровищницы открывает (большую) печать, наливает в чашу воду; у него две непродырявленные мулячьи подковы, надо их подкладывать снизу.

А как приложат печать, хранителю сокровищницы — два дуката, коробщику — один дукат; это дает, чья будет грамота.

Приложив печать, секретарь выносит с собой и уходит.

А о вручении грамоты написано мной выше.

XV

Овцы все и шерсть в руках же мсахуртухуцеса. Мул с сикистром, так убранный: арчак, изящно украшенный, окованный, повода и бубенчики на шее мула золоченые, шитое бархатное покрывало, узда, сплошь усеянная драгоценными камнями.

Большой ковровый баул, в котором должны лежать один небольшой наилучший ворсистый ковер, один тюфяк, одна простыня (сундуз) и одна подушка,— это в одном тонком парчевом чехле и таковой должен лежать в ковровом бауле; и одна кожа [51] и той пусть перекроют, накроют тем шитым покрывалом и привьючат красной хлопчатой тесьмой.

И есть семьсот домов спальников; и крестьян восемь домов, а все остальные — азнауры.

Как выступит царь, все семьсот, вооруженные копьями, следуют за этим сикистроном мула.

И сикистрон движется перед сокровищницей.

И одна семерка других постельных мулов, красиво же убранных, и она идет перед сокровищницей, позади сикистрона.

Предводительствует глава клади, а сикистрон и спальники идут впереди.

XVI

Вечером кравчий приносит небольшую чашу (***) с холодильным сосудом или с подносом, насыпает на нее лед и в руках у него багдадский платок. И если царь ночью возжаждет, пусть велит, чего желает. Что останется, забирают предлежащие и дворцовая стража, и дверник опочивальни.

Утром, как выйдет царь из опочивальни, у главы служителей [...] наготове коврики, свечи, фонарь, факел. И как уберут лоток (со льдом), он (глава служителей) снимает сапоги, которые были надеты поверх кожаных чулок, либо служитель расстегнет и сохранит ему, а он проходит на трон. У него или малое приношение из Гареджи веник, или, если его не будет, длинный платок и он убирает трон царя; а прочие ковры убирают служители — они имеют овчинный веник с рукояткой.

Так же и во время фруктового пиршества, когда убирается трон, и тогда он присутствует [и действует] как ему укажут. На его обязанности расстилать [ковры], разбивать шатры, царскую палатку и убирать их.

XVII

Если за пиром застигнет ночь, свечи с подсвечниками и кожаными подстилками находятся в соответственных службах, принимает их глава служителей и размещает по местам перед визирями. Плошки светильников для трапезы наполнены салом [52] или маслом. Кожевники и кладовщики принимают сало, они отпускают его и на мыло и для факелов; а если сала не будет, пусть забирают в городе льняное масло и тем наполняют плошки светильника, и светильников надо шесть, а то и до десяти, с длинными рукоятками; по одному у каждого, кто носит светильник, и внизу лежат у него в корзине деревянные спицы, и когда сгорает одна, кладет другую.

А когда станут расходиться, два светильника предшествуют чкондиделу и по одному — трем визирям, а прочим никому. И они дают служителям еды и вина.

На фруктовом [лотке] должны лежать щипцы для орехов: концы щипцов сделаны как у клещей, именно выдобленные так, чтобы выемчатые концы сходились вместе, как у клещей. Над каждою головкою клещей извне должен быть всажен один драгоценный камень, и, конечно, в золотом гнезде. Задняя сторона ручки круглая. И главе фруктовщиков следует положить ее на фруктовый лоток, деревянный, а не серебряный. И как мсахуртухуцес шейный платок [...], [глава фруктовщиков] пусть ее положит, и фруктовщик или хранитель [щипцов для орехов?] колят ею орехи, кладут на лоток, на котором лежит та ореходавка.

На цицхвах обязанность: топить баню, мести дом, колоть дрова, разводить огонь, носить воду в сокровищницу, савазиро, и когда царь в бане, цицхвам подлежит домовая кладовая.

Велик мечурчлетухуцес, до начала атабагства он четвертым визирем [был, и в его ведении] состоят: старые города, купцы, товар, какой есть царский, куда бы или откуда бы ни шел; и вся золотая и серебряная посуда, ненадобная сокровищнице для повседневного употребления и лежащая увязанной в сокровищнице. Кроме того — всякий товар, золотой или серебряный, и вся посуда из китайского и кашанского фаянса, которая не предназначена для вина, и лежит или стоит в казнохранилище. Нацвал по казнохранилищу, мукиф, мушриб, городские эмиры, городские казнохранители и казнохранители, пребывающие [53] в самом дарбази (=при дворе, во дворце), принадлежат также к его ведомству.

Ему положен приставником казнохранитель.

И ему следует также прочие, помимо города, мзда и вознаграждение за исправление должности, и они равны мсахуртухуцесским, как равны амирспасаларские и мандатуртухуцесские.

Myшриб [ведет счет] ценностям и покупкам, какие поступят из города. И пряности, мастика 3 и постные приправы, сумах на потребу,— о том также ведает мушриб и по счету отпускает главам (служб).

XVIII

Военные походы и военный совет в руках амирспасалара; когда бывает совет, раньше него никто не высказывается.

Амилахор является советником амирспасалара и к его ведомству принадлежит также глава оруженосцев.

Глава оруженосцев и оруженосцы, и поясные, и все состоящие по конюшенному ведомству, находятся под рукой амилахора.

Когда царь сидит на коне, то кого изволит удостоить высочайшей беседой, кто бы он ни был, его представляет [амилахор]. Он же подносит подношения; [если] его когда не будет, равно же, подобным же образом представят, а также и подношение поднесут [его подчиненные?].

Для разъездов по делам ему полагается верховая лошадь. Какими бы военными делами ни занимался амирспасалар, при нем состоит амилахор, глава оруженосцев и их свита. Амирчухч, амирчкар и главы заведующих стадами предстоят вдали и во время шествия идут впереди.

О том, как садиться, и прочих правилах написано нами выше.

Амилахор, глава оруженосцев, глава и секретарь оружейной [54] палаты раз в год входят в оружейную палату и секретарь оружейной палаты делает опись, они производят счет и он кладет его в счетный короб. Описывают все, кроме одного комплекта доспехов, а этот комплект доспехов, который имеется [при царе] таков: кольчуга, шлем, сабля, оплечник, поножи, колчан с луком, булава, копье, полностью все седла, окованные и неотделанные, крепленная к ним сбруя, конская броня, какая [есть], шелковые кисти, конские чеканные ожерелки, куланий хвост (=бунчук) и все подобное, большое знамя, две секиры с окованными концами, одна белая, а другая черная, копье с царским штандартом, все это сверкающее, серебром и медью окованное. В день нового года, когда все это опишут, одно седло — секретарю оружейной палаты, одну неполную сбрую.

Когда царь потребует коня, хранитель оружейной палаты дает узду, мистратул 4 взнуздывает, одно ухо продевает, а другое нет; затем вздевает конюший оружейной палаты и одевает намордник; хранитель оружейной палаты ставит седло, нахвостник [хвоста] не продевает; тот же конюший оружейной палаты заседлывает и отводит; ставит рядом с главой мистратулов.

[Царь] сядет; и глава оружейной палаты подает плеть; и оба (конюший оружейной палаты и глава мистратулов) следуют позади.

Глава оружейной палаты и амирчухч едут впереди между крестоносцем и царем. И куда царь прибудет и где спешится, амирчухч доезжает дотуда верхом, а потом поворачивает назад и спешивается на своем месте.

Крест — впереди, запасные лошади (следуют) с той стороны... (Е. Т. замечает: “Тут недостает шести листов”).

XIX

...И на конце [шеста] имеется железный наконечник. Его вбивают внутри винохранилища, хранитель винохранилища [55] ветает [...] на него. Полотенце для принятия чаши тоже висит на нем, платок без желобов (= без борозд, рубцов, гладкий) для стеклянной и деревянной посуды. Когда запылится, надо постирать, кравчий получает [вино] для служителей, и он раздает им по кружке вина. Кружки моют и приносят в винохранилище же.

XX

Для льда полагается посуда: серебряный лоток, маленький кирко-топорик потяжелее молотка, чеканный, с короткой окованной на конце рукояткой лежит на том лотке; положат лед; одна серебряная ложка с большим совком лежит на том же лотке; ставят его впереди; расколет острием (кирко-топорика), возьмет ложкой, положит в стакан. Она также поручена хранителю винохранилища.

Прочая винная посуда, повседневная, не пиршественная, стоит в винохранилище; а пиршественная стоит обособленно и [лежит на ней] печать мечурчлетухуцеса. Счет лежит в счетных коробках.

Личному [царскому] виночерпию вечером — один кубок вина, в золотом кубке, таком, из какого царь пьет, и один — мукифу.

О виноградниках мы и выше написали: надзирает и мандатур, а в остальном о работе пекутся глава кравчих и мукиф. По одному кувшину вина с виноградника [положено] главе кравчих и по одному поменьше — мукифу, а хранитель винохранилища взымает вино с виноградарей, сообразно винограднику или виноградарю; кравчие раздобывают со сбора и селения, где пребывает царь, и расписано будет винное довольствие.

О главе охотников нами выше написано.

Охотники имеются в Кахетии и Имеретии повсюду, их двести шестьдесят домов; есть еще и лесники.

Они в Георгиев день прибывают ко двору и до Феодорова дня находятся при дворе. Сколько ни будет забито [животных], внутренности всех, кроме одного, положены охотникам на [56] приварок для собак, шкуры — им. Когда их отпускают, полагается им по три серебряника, в мясопустное воскресенье — шесть шкур.

На второй день праздника св. Феодора переписывают собак, и который секретарь перепишет, четырех или трех собак отделяет для царя; затем секретарь одну собаку греческую ли хочет, борзую ли, выбирает для себя. И по двенадцати собак идут на выкорм при трех охотниках; и охотников отпускают.

В понедельник второй праздник светочей 5 устраивают охотники, их принимают, приносят [подарки] перед лицом царя и жене царя и детям, визирям и правителям, всем подносят. Царь приказывает [дать им] хлеба, вина и яловую корову; жалует их также царица; визири и правители все дают хлеба, вина и скота на убой. Мукифа управительской и мукифа винного погреба и того, который раздает [дары],— всех заставляют расщедриться; и если дадут хлеба, вина и убойного скота, та обиды им уже не чинят; но и те укромно хоронятся. И, положив на плечи зажженные светочи, становятся так в круг; кто мало дал или плохой хлебосол, бранят его, да и хуже того.

Двернику опочивальни на большом дарбазоба (= приеме) садиться не положено; его принимают в счет (для порции) и он отправляется в опочивальню; получает угощение также предлежащий и там они едят.

И у некоторых там написано, будто, когда прибывают трапезундский, ширван-шах, [шахин-шах] и царь армян, сидение не одно для них. Можно ли допустить, что такой человек, как отец Арсений Икалтойский ошибается ? Не он ли пишет это четверостишие (шайри); “Кто в Начармагеви усадил за трапезу двенадцать царей?”. Тогда двое царей осетин да царь кахов и царь алванов, царь цанаров, трое царей таойцев и царь армян, и трапезундский, ширван-шах [и шахин-шах],— они прибыли в Начармагеви и двенадцать их усадили, так отчего четверо не поместятся? [57]

XXI

Из всех четырех об одном сидении написал он, что оно справа,— ниже первоучителя и католикоса Абхазии и выше чкондидела. Само по себе это верно, там их [место], однако мне известен приказ государя сажать всех четверых на большую скамью с покрышками золототканного бархата и подушкой на ней, со столиками впереди и лотком на них. И как поставят перед царем три миски, перед ними пусть поставят шесть мисок; ставятся также и в этой стороне дарбази (= зала). Виночерпий стоит, конечно, при каждом особо.

ХХII

Виночерпий от дарбази ( = двора) стоит и при каждом из наших четырех,— первоучителе, католикосах, чкондидели — и трех визирях: атабаге, амирспасаларе и мандатуртухуцесе.

ХХIII

Первоучителя когда приглашают в дарбази, ему полагается свита из дворца. Посылают одного мула и трех лошадей для первоучителя и двух — для его учеников.

Приглашать первоучителя, католикосов и чкондидела, когда они прибывают в дарбази [полагается] трем почетным царедворцам. [Некто] написал, будто приглашает их секретарь опочивальни, однако я не слыхал этого от государя, клянусь его благополучием. И в Алийской Чала когда прибыл их сын [и] встретились, католикос был при них и стоял в Али на церковном подворье; и когда пришло время приглашать, секретарь опочивальни Инасарисдзе стоял перед государем и государь изволил спросить: “кто знает католикоса (где он находится?)” и повелел мне — приглашай, мол. По этому поводу Софромисдзе говорит, а на другой год повелел: что приглашать четырех монахов и трех визирей надлежит-де амирэджибу. Тогда амирэджибу Квабелисдзе недужилось и его там не было. [58]

XXIV

Ныне, раз написал, пусть [первоучителя] приглашает секретарь опочивальни. .

Первоучитель пусть входит и кланяется царю, а затем кланяется ему и царь: полностью касается руками кожаной подстилочки. Царь встречает его у края ковра и приветствует, доложи, мол, пусть изволит говорить. Идет и становится вправо, вблизи.

Католикоса и чкондидела пусть приглашает он же.

И католикос, который ни прибудет, кланяется таким же образом; и царь опять же, склонившись, касается руками [подстилочки], либо проходит [навстречу] треть ковра.

Тем же порядком с чкондиделом.

А тех трех визирей пусть приглашает эджиб.

Который ни будет, войдя, кланяется царю; и царь кланяется, склонившись и касаясь ладонями наполовину [подстилочки]; тот кланяется еще вторично; царь проходит [навстречу] три шага; [визирь] целует и, отступив назад, находится вблизи справа.

XXV

Мечурчлетухуцеса да приглашает нацвал по казнохранилищу, мсахуртухуцеса — глава спальников.

Когда поклонится, царь касается ковра пальцами и они кланяются еще вторично; на второй поклон царь воздевает руки [в ответ] трем визирям больше, а этим двум визирям пониже; царь должен одинаково принять этих двух визирей, как он одинаково принимает и трех вышеупомянутых визирей.

И амилахора царь принимает наравне с этими двумя визирями.

XXVI

Когда равно прибывают залихские епископы — ишханский, ацкурский, анчский, тбетский и голгофский, — [в ответ] им, [59] когда они поклоняются, царь касается руками ковра, для ишханского пониже, и приветствует его, ступив вперед два или три шага, для прочих же сих — равно и не сходя с места.

XXVII

Посюсторонний бедийский [епископ] — могильничий, а Кутаисский — и могильничий, [и благословитель]. Георгий Великий, который обратил в бегство царя греков Василия, покоится в его храме; они благословляли царей.

И когда благословили сперва Вахтанга, а потом Константина, католикос Абхазии и кутаисский Иоанн стали тягаться. Кутаисский сказал так: “Коль ныне два-три раза в моем храме приняли благословение два царя и не имеете права не класть на хранение в моей церкви корону или скипетр”.

И потом визири и сплошь все воинство сказали, что более прав кутаисский и определили скипетр кутаисскому. И католикос Абхазии уступил ему. И отчеканили гвоздь [Распятия] и [положили] перед кутаисской божьей матерью.

Тем весьма и почетен [кутаисский епископ] и почесть ему следует наравне с ишханским.

XXVIII

Прочим епископам, [судя по тому], какой он монах или какой человек, одним большая [почесть], другим меньшая.

В дарбази над тбетским, за его сидением, у его главы хранителей [сокровищницы] щит и сабля, так как он к тому же эристав Шавшети.

Новогодние приношения эриставов, эристава Картли и спасалара Самцхе [...] определены: три коня, два добрых и один рабочий, от Дадиани, мяч, отбойник и добрый конь от амирспасалара да поступают в управительскую; и должностные лица винохранилища ничего не получают, так же и мандатур не может держать жезла. [60]

Гелатские приношения,— просвира в память Начармагевской победы, три шеканули (= некая мера, И. С.) вина, осетрина и рабочая лошадь — все это пусть выносят [навстречу царю], когда он изволит приехать сюда [в Гелати] на рождественский праздник.

XXIX

Гареджское приношение: каперсы, тростник и малый дар — ладно сложенные веники; эти веники забирает глава служителей и после трапезы сметает перед царем с ковра, когда положено.

Пустыни не обязаны новогодним приношением.

Лицезрительное приношение: нанизанный на прут инжир, чурчхелы — должны иметь (= нести) два человека,— миндаль, сосновые шишки, сумах, сушенные гранатовые корки и гранаты, двенадцать медовых кувшинов, сигалори.

Настоятель (Гареджийского монастыря) выбирает двух братьев (монахов), голосистых и хороших чтецов. Они прибывают в дарбази в первопостный понедельник и во время полуденницы читают псалмы. Отслужив полуденницу, они без чьего-либо представления, сами обращаются к царю; царь определяет им стол и помещение, содержит их в довольстве и почете. В понедельник на святой, отмолившись, они, не отпрашиваясь и не сказавшись, садятся [верхом] и уезжают. Царь посылает им сто белых обувок.

Порядок дарбази (=дворцовый порядок) окончен.

XXX

Эриставы и обладатели должностей царицы Тамары Великой, которых определила она, и по общему согласию вельмож всех семи царств и по ихнему же согласию, она изволила утвердить чкондиделом, мцигнобартухуцесом и визирем,— [то] воспитанный её же отцом, царем царей, Антония [61] Глонистависдзе, человека мудрого и разумного, приносящего счастье своим патронам, верного и осведомленного в делах.

И определила амирпасаларом Саргиса Мхаргрдзели, мужа родовитого и воспитанного в походах, и пожаловала ему Лори,— сатавадо (княжество) и самтавро (государство) в Сомхити.

Определила и пожаловала Чиабера мандатуртухуцесство и вручила ему золотой жезл.

И одели их в богато расшитую одежду и посадили на окованные золотом складные стулья, одних справа от нее, других слева.

А еще пожаловала мечурчлетухуцесство знатному и родовитому мужу Кахаберу Варданисдзе, и мсахуртухуцесство Вардану Дадиани и чухчархство — Марушиани, сыну чухчарха.

И пожаловала амилахорство Гамрекели Торскому...

XXXI

...держит в руках, вертит вверху, опирать на земь не может. Личным [царским] виночерпием — нацвал по казнохранилищу, глава кравчих.

Секретарь оружейной палаты стоит рядом с секретарем опочивальни; имеет также под мышкой письменный прибор мукиф управительской, а равно — мукиф винохранилища; все они стоят перед лицом [царя]; остальные секретари,— двадцать четыре,— с письменными приборами — в стороне чкондидела.

Распорядитель и мандатуры стоят позади амирэджиба и гостинника.

Большое знамя стоит у входа в дверь. Глава табунщиков стоит рядом [со знаменем] с арканом на плече; а табунщики стоят за ним. Глава оружейной палаты и мсахуртухуцес стоят рядом.

ХХХII

Теперь первоучитель, католикосы, чкондидел, атабаг, амирспасалар стоят на своих местах; также — мечурчлетухуцес, мсахуртухуцес, амилахор; также глава оруженосцев, глава [62] скороходов. Затем епископы картлийского католикоса, гелатские епископы, братья гареджские и двенадцать пустынь. Порядок их, какой следует, ниже написан. Они стоят по левой стороне стола.

ХХХIII

Теперь царь велит мандатуртухуцесу,— тот оставляет жезл и амирэджиб берет жезл, мандатуртухуцес становится перед троном. Он (мандатуртухуцес) поворачивается, принимает жезл, распоряжается подготовкой трапезы и предшествует перед хлебом.

И когда амирэджиб и глава управителей выйдут, первоучитель, католикосы, чкондидел, атабаг, амирспасалар и кто сидят, встают.

Спустя немного времени царь приглашает первоучителя, католикосов, чкондидела и атабага; и никто, кому он не повелит, не может сесть, пока царскую трапезу не поставят.

Трапезу ставят мандатуртухуцес и амирэджиб. Кушанья подает глава управителей козманчком ( = некой посудой?).

Блюдо должно быть золотое, посередине некрытое, со сделанной сверху головой в драгоценных камнях и жемчуге; внутри должна быть соль, сверху — одна хрустальная ложка с окованной ручкой и чистым драгоценным камнем на ней; и поверх одна атласная покрышка.

Глава хранителей сокровищницы принимает [блюдо]: встает мсахуртухуцес и принимает [блюдо от него].

Тогда мандатуртухуцес идет и садится на свое место.

Перед первоучителем, католикосами (мцхетским и абхазским) и чкондиделом ставят стол, а трапезу на него ставит амирэджиб; все четверо встают и, склонив головы и касаясь руками трапезы, кланяются амирэджибу.

Атабагу, амирспасалару и мандатуртухуцесу трапезу ставит эджиб; они встают [...]

Глава управителей пртчует всех четырех монахов, каждого [63] тремя мисками, и также трех визирей; а после того амирэджиб и глава управителей садятся и мукиф потчует остальных визирей, каждого двумя мисками.

После того, как царь примет от личного [царского] виночерпия второй стакан или третий, велит поднести [ему] угощение; и тот садится рядом с амирэджибом и главой управителей; и все трое садятся вместе.

Секретарь опочивальни сидит рядом с мсахуртухуцесом.

И как постелят скатерть, должностные лица, те, о ком мной выше написано, что сидят напротив главы оруженосцев, — секретарь оружейной палаты и стоящие ниже него секретари,— садятся против него (главы оруженосцев).

А дальше рассаживаются другие должностные лица и чиновные, придворные дидебули (= вельможи).

В конце стола сидят глава табунщиков и глава служителей, а ниже них — конюшие.

Но за столом отведыватель стоит на отдельной подстилке золототканного бархата, он и предстоящие стоят на тахте (= столовом ложе).

Когда подают блюдо, он берет ложкою, наливает на ладонь и пробует, точно также он пробует и вино...

XXXIV

...первенство получил он. И когда благословили, распорядились не так благословить. Не подобает-де католикосу подпасть под чье-либо начало, сказал я. И предоставили обоим католикосам потягаться, нет, мне надлежит, нет мне, мол.

XXXV

Теперь начнем об облачении царя и скажем о совете визирей.

Когда царь изволит наряжаться да держит таз мсахуртухуцес, полотенце — глава спальников; воду льет глава хранителей [64] [сокровищницы]; одежду одевает мсахуртухуцес, пуговицы застегивает глава спальников; шапку, преклонив колени, подает глава хранителей [сокровищницы].

XXXVI

И если состоится совет визирей, следует им доложить: чкондиделу, атабагу, амирспасалару, [мандатуртухуцесу], мечурчлетухуцесу, мсахуртухуцесу и амилахору:

Глава служителей растилает ворсистый ковер, небольшой, и кладет на него подушку — на нее сядет царь.

Приносят длинный трапезный ковер и постилают его полукругом перед лицом [царя]; во главе трапезного ковра ставят складные стулья.

Мсахуртухуцес скажет: “Прикажите”, царская семья и придворные (.= домочадцы) удаляются.

Чкондидел подходит к ковру. Приглашают атабага, амирспасалара. Они (в свою очередь) подходят [к ковру]. То же и мечурчлетухуцес.

Чкондидел — (духовный) отец царю, атабаг — новый (визирь). Установилось секретарство чкондидела, мцигнобартухуцесство у чкондидела. Стал атабаг великим и почетным и редко когда [теперь] бывает.

Ниже чкондидела садятся на ковер атабаг и амирспасалар.

Амирспасалар — почетный визирь и глава войска; и без него не раздаются страны, а равно никто не жалуется вотчиной, и почесть ему и мандатуртухуцесу равная. А бывает и так, что обе [должности] имеет один; а больше принадлежит дому Шанше, у одного ли обе должности, или у двоих.

Мечурчлетухуцес старинный визирь и почетный.

А кое-кто говорит, что мсахуртухуцеса Манавели ввела в визират царица Русудан, и Вачнадзе ввела.

XXXVII

...Ныне на заседании визирей мсахуртухуцес сидит рядом с мечурчдетухуцесом.

За ними возле высокого стула стоит амилахор и слушает совещание; он ничего не говорит о чем его не спросят; а когда спросят, тогда лишь дает ответ. [65]

XXXVIII

Секретарь опочивальни стоит в стороне чкондидела, у стены; имеет свой письменный прибор. Амилахор — в середине.

Амирэджиб стоит отдельно и имеет в руках жезл-Глава спальников стоит у выходных дверей сокровищницы, снаружи, за спиной царя.

Глава хранителей (сокровищницы) стоит в дверях сокровищницы, у выхода.

Затем глава оруженосцев, глава управителей, нацвал по казнохранилищу, гостинник, секретарь оружейной палаты разрешают и пускают в совет, кого требуют и кого из служащих хотят послать куда-нибудь.

Также чкондидел дает поручение писцу.

Совет визирей и вершит, какие [дела] подлежать будут вершению.

Дверник опочивальни — за дверью, спиной к двери или держит ее запертою. В руках у него жезл; он сидит и вводит, кого прикажут.

Распорядитель стоит поодаль и мандатуры стоят вокруг, вдали; и никого, о ком не прикажут, близко не подводят.

XXXIX

Теперь, во-первых, следует почитать бога, так как “если он не созиждет дома, всуе трудятся строящие его”.

[Образ] богородицы опочивальни покоится в самой [66] опочивальне и перед ним от молящих его горят постоянные свечи и, лампада. Хранитель его спальни тот же, который является царским предлежащим.

Животворящий крест стоит в поле, в шатре; и шатер должен быть конечно царский.

Церковь царской ставки и другие образа ... (далеее не достает).


Комментарии

1. "Они", т. е. охотники.

2. Глава дворников.

3. Мастика — белая жевательная резинка.

4. Мистратул — конюх, стремянный.

5. Традиционный грузинский народный праздник (см. примечания).

(пер. К. И. Сургуладзе)
Текст воспроизведен по изданию: Распорядок царского двора. Тб. 1993

© текст - Сургуладзе К. И. 1993
© сетевая версия - Тhietmar. 2006
© OCR - Andrej. 2006
© дизайн - Войтехович А. 2001