ИНДЕЙСКИЕ ЖОНГЛЕРЫ

Самые искусные Европейские фигляры, самые ловкие Европейские фокусники могут назваться детьми в сравнении с штукарями Калькутты, Бенареса и Бомбея. Багаж Индейского жонглера очень прост; у него нет ни театра, ни декораций; таланты свои показывает он всегда на открытом воздухе. Он обладает секретами, которые получил по преданию, и которые ставят в тупик самого недоверчивого зрителя. Рассказы путешественников заключают в себе много примеров изумительных штук сих артистов, и хотя они такие же колдуны, как и все прочие фокусники, однако их ловкость и проворство, их хладнокровие истинно непостижимо чудесны. Следующие примеры доказывают справедливость сказаний об Индейских штукарях.

Кто нибудь из зрителей называет дерево; [199] жонглер кладет в землю какое нибудь зерно, произносит разные кабалистические слова, и вдруг из земли выходит требуемое дерево; пальмовое, кокосовое, шелковичное, все что вам угодно. Дерево поднимается, растет видимо, производит плоды; вы срываете плод, пробуете его, он превосходный. Красивейшие птицы сидят на ветвях удивительного дерева, и наполняют воздух пением. Вдруг, по данному знаку, исчезает дерево, птицы, и нет ни каких следов.

Жонглер, в средину многочисленного круга, вводит шести или осьмилетнего ребенка; снимает с него большую часть его одежды, и, как бы рассердись, бросает мальчика в ивовую корзинку. Прежде нежели закроют корзину крышкою, каждый зритель может убедиться собственными глазами, что ребенок, действительно, заключен в этом тесном пространстве. Ребенок молит о помиловании, жонглер более и более сердится, обнажает саблю, грозит ею, и между тем, как жертва испускает пронзительные крики, он несколько раз погружает клинок в корзинку: кровь течет струею, земля красна, стоны несчастного возвещают, что преступление совершилось. Ужас зрителей достигает высшей степени; они не могут отвратить глаз от этой страшной сцены; вдруг, радостное восклицание, которое они слышат за собою, заставляет их повернуться — это [200] ребенок: он бросается в средину круга, совершенно одетый, живой, веселый.

Один из могущественнейших монархов, когда либо восседавших на Могольском престоле, Император Иеханзир, оставил записки, где подробно рассказывает про разные обстоятельства своей жизни. Записки сии были переведены на Английский язык, но будучи помещены в собрании трудов одного ученого общества, и напечатанные в малом числе экземпляров, почти неизвестны. В них есть, между прочим, рассказ о штуках, которые показывали фокусники в присутствии Императора и его Двора.

«Они взяли небольшой мешок, и показали зрителям, что он пуст. Тогда один из штукарей опустил в мешок обнаженную руку, и вытащил оттуда двух боевых петухов огромной величины и чрезвычайно красивых; петухи бросились друг на друга с ожесточением, но в самую жаркую минуту схватки их накрыли простынею, которая тотчас же опять была снята; на место петухов явились две отличные куропатки, которые кричали и рыли клювом землю, отыскивая в ней червяков. На куропаток также было наброшено покрывало, и под ним зрители увидели двух больших змей, опасной породы. Змеи начали переплетаться, вступили в бой, и зрители не могли опомниться от ужаса.

После этого, фокусники вырыли в земле [201] довольно большой пруд, попросили наполнить его водою, и накрыли его полотном. Через минуту, пруд превратился в ледяную площадку. По просьбе штукарей, один вожатый слона несколько раз провел своего слона по льду, и лед нисколько ие треснул. Казалось, это была вековечная скала. Опять пруд был покрыт полотном, и чрез минуту оказался пустым: лед, вода, все исчезло, не оставив после себя ни малейших следов.

«Наконец, они поднесли мне тетрадь белой бумаги: я рассмотрел ее, и уверился, что в ней не написано ничего. Когда я отдал тетрадь одному из штукарей, он тотчас же развернул ее, и показал мне страницу, расписанную лазурью и золотом, окруженную бордюром из миниатюрных изображений людей и животных самой тщательной отделки. На каждом новом листе, который перевертывали передо мною, находились новые, превосходные рисунки, представлявшие охоты, сражения, религиозные церемонии».

Но больше всего был поражен Двор Великого Могола следующим фокусом: «Жонглеры отрубили голову одному из своих товарищей, а потом отсекли ему обе ноги и обе руки. Эти страшные, окровавленные члены были разложены на земле: их рассматривали и убедились, что это действительно части тела человеческого. На них была наконец наброшена простыня; один [202] из фокусников подполз под простыню, и тотчас же вышел, в сопровождении того, которого за минуту обезглавили и рассекли на части. На нем не было ни малейшей царапинки. Восхищенный Ауренгзеб бросил ему полный кошелек золота, и подарил штукарям слона, лестное отличие, которым властители Индии награждали только полководца, одержавшего блистательную победу, или повара, выдумавшего новое блюдо, достойное быть поданным самому Брахме».

Текст воспроизведен по изданию: Индейские жонглеры // Журнал для чтения воспитанникам военно-учебных заведений, Том 57. № 226. 1845

© текст - ??. 1845
© сетевая версия - Тhietmar. 2017
©
OCR - Иванов А. 2017
© дизайн - Войтехович А. 2001
© ЖЧВВУЗ. 1845