Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

LXXII

ФОЛЬКЕТ МАРСЕЛЬСКИЙ 1

1. ЖИЗНЕОПИСАНИЕ

Фолькет Марсельский был сын некоего генуэзского купца по имени мессер Альфонсо, который, скончавшись, оставил Фолькета весьма богатым человеком. Но тот больше ценил доблесть и славу и стал служить у достойных сеньоров и доблестных мужей, с ними сходясь и их одаривая в угоду им, и постоянно ездил туда и сюда. Был он весьма в чести у короля Ричарда 2, у графа Раймона Тулузского 3 и у эн Барраля, сеньора Марсельского 4. В художестве трубадурском был он весьма искусен, и собой хорош. Ухаживал он за женой сеньора своего, эн Барраля, к ней обращал мольбы и кансоны слагал в ее честь. Но ни песнями, ни мольбами снискать благоволения ее он не мог, и не давала она ему никакой услады по любовному праву, оттого в песнях своих жалуется он беспрестанно на Амора 5.

Но вот, умерла дама и умер муж ее, эн Барраль 6, весьма его чтивший, и умерли добрый наш король Ричард, добрый наш граф Раймон Тулузский и король Альфонс Арагонский 7. И тогда, ради печали по даме своей и по князьям, каковых я поименовал, вышел он из мира и удалился в монастырь цистерцианского ордена. Жена же его и двое сыновей тоже постриглись в монахи. Был он назначен настоятелем богатого аббатства в Провансе под названием Торонет, затем епископом в Тулузе 8, где и умер. [221]

2. РАЗО ПЕРВОЕ

Фолькет Марсельский влюблен был в жену своего сеньора эн Барраля, мадонну Азалаис де Рокамартин 9, и воспевал ее в песнях своих, какие слагал, и весьма остерегался, чтобы кто-нибудь об этом прознал, ибо она была женою сеньора его, и это сочли бы за великую измену. Дама же принимала мольбы его и кансоны ради тех великих похвал, какие расточал он ей.

Были у эн Барраля две сестры, весьма знатные и достойные, и звали одну дона Лаура де Сент Джордан 10, другую – дона Мабелия де Понтевес 11, и пребывали обе они с эн Баррелем. И эн Фолькет настолько располагал дружбою обеих сестер, что казалось, будто он добивается любви каждой из них. И мадоннна Азалаис решила, что он ухаживает за доной Лаурой и любит ее, и возвела на нее поклеп, о чем сказывали ему многие люди и многие рыцари. И разошлась она с ним, мольбы и речи его слушать больше не желая, но требуя, чтобы он удалился от доны Лауры, однако, и на ее милости и любовь более не надеялся.

Когда Дама с ним разошлась, Фолькет весьма огорчился и опечалился и забросил пение, смех и веселье, долгое время пребывая в великом горе и сетуя на постигшее его несчастье, ибо Даму свою, которую он любил больше всего на свете, потерял он ради той, о чьем благе он заботился лишь памятуя о законах вежества.

И вот, пошел он со своим горем к Императрице, которая была женою эн Гильема де Монпелье и дочерью императора Мануила 12 и которая была венцом и украшением всяческой доблести, вежества и обхождения куртуазного. Ей-то Фолькет и пожаловался на постигшее его несчастье. Она же его утешила, как могла, и просила не тужить и не горевать, но ради любви к ней петь и слагать кансоны. И вот тогда он по просьбе Императрицы такую сложил кансону, и ней же говорится:

Столь куртуазный тон возьму 13.
Чтоб песней двинуть разговор,
Что краше прежних в ней узор
Проявится; а почему?
Императрицу взяв саму
За образец, учтивых фраз
Ее приказ
Я чту, как некий высший глас:
Коль петь звучней,
Искусней, сладостней, нежней
Велит столь славной дамы власть,
Могу ль в глазах ее упасть?

Лжецов презреньем окружу 14:
Господь, будь на расправу скор
И выстави их на позор,
Поскольку та, кому служу, [222]
Считает, будто я держу
Другую даму про запас
И гонит с глаз
Меня, а клевету пролаз
Пойди развей:
Уж пойман, кажется, злодей
С поличным – нет, в кусты вдруг шасть...
Я гибну – можно ль их не клясть?

Все же я приязнь ее верну:
Во лжи всегда есть перебор,
И правда, ей наперекор,
Всплывет, а ложь пойдет ко дну;
Она, поняв свою вину,
Поверит, что правдив рассказ
И без прикрас,
Что предан я не напоказ
Душою всей,
Притом, что норовит верней
Рассудок душу обокрасть,
Чтоб тешиться любовью всласть.

Коль Милосердья не найду
Я в ней, как быть? Покинуть двор?
Нет, ибо я с недавних пор
Стал в этом прозревать аду
Усладу чаще, чем беду,
Под светом столь прекрасных глаз;
Тем злей потряс
Меня безжалостный отказ,
Что с давних дней
С мольбой я обращался к ней;
На что хулу, не знаю, класть:
И созерцанье – ад, и страсть.

Смогу ль, как вор уйдя во тьму
Любить, встречая лишь отпор?
Да, ибо лучезарный взор,
Став стражем сердцу моему,
И тело заточил в тюрьму;
Но хоть огонь надежд угас,
Я искру спас;
Сдержу в узде на этот раз
Набор страстей –
Бывает нить любви прочней, [223]
Коли ее с терпеньем прясть,

А силой не смирить напасть.
Магнит 15, нет радости сильней,
Как в том искать благую часть,
Чтоб из-за дамы мертвым пасть.

3. РАЗО ВТОРОЕ

Об эн Фолькете Марсельском довольно сказывал уже я вам, кто он и родом откуда, как в чести возвысился и в славе, как в миру жил и как от мира потом удалился, как влюблен был в жену сеньора своего эн Барраля и множество сложил в ее честь прекрасных кансон, так и не узнав от нее ни радости, ни сладости. А теперь хочу я вам рассказать, как он потом полюбил Императрицу, каковая женою была эн Гильема де Монпелье и дочерью императора Константинопольского – звали его Мануил, – каковой послал ее королю Альфонсу Арагонскому в жены, о чем сказывал уже я вам в другом рассказе 16. И вот тогда сложил Фолькет такую кансону, в ней же говорится:

Не знающее препон 17
Желанье душу томит,
Надежды же скорбен вид,
Столь высоко вознесен
Желанный предмет;
Но разум ставит запрет
Отчаянью – что же, силен
И тот, и этот резон:
Питать я не стал
Надежд, но духом не пал.

Зачем дух ввысь устремлен,
Если его тяготит
Рожденный робостью стыд:
Стать может дерзкий разгон
Источником бед;
Но я утешен, нашед,
Что куртуазный уклон,
Которым я вдохновлен,
Затем ей пристал,
Чтоб вновь я радость сыскал.

Вот, сердцем стал убежден –
И правдой обман глядит,
С усладой коварной слит;
Но верности строг закон; [224]
Лишь давши обет,
Можно добиться побед;
Я буду вознагражден,
Только б теперь был прощен
Чувств нежных накал,
Каким к Вам я пылал.

Видно, мой разум сражен
Желаньем, я с толку сбит
И взором, в котором скрыт
Обман, мгновенно пленен;
Любовью задет,
Я не заметил примет
Того, что уже влюблен:
Я был считать обречен,
Пока не устал,
Уколы сладостных жал.

Неправо я обвинен,
Ибо мне мысль претит,
Что поводом для обид
Мог быть куртуазный тон:
Любви ли во вред
Чрезмерный любовный бред?
Хотя я со всех сторон
Прав в том, за что осужден,
Но Ваших похвал,
Увы, я напрасно ждал.

Когда вместо пенья стон
Звучит – пусть песня молчит:
Может, отказ облегчит
Столь тягостный мне урон
Теперь, когда нет
Императрицы, чей свет
Юностью в высях зажжен;
Не опустей ее трон,
Давно уж провал
Ждал бы глупцов-прилипал.

Вкушу ль я сладость бесед
С самой прелестной из жен.
Иль счастья буду лишен?
Так Вас я желал,
Что стал от желанья шал. [225]
Об убыли тех времен
Все дни я вздыхал
И ныне в бессилье впал.

Но так ему не повезло, что в то самое время, как полюбил он эту Даму, возвели на нее поклеп, будто она мужу своему Гильему де Монпелье неверна, а тот сему поверил и, с ней разойдясь, ее изгнал, и удалилась она от него 18. И вот, остался Фолькет грустный, печальный и унылый, как он сам повествует о том, говоря, что вновь радости не сыщет вовек, ибо уж нет

Императрицы, чей свет 19
Юностью в высях зажжен;
Не опустей ее трон,
Давно уж провал
Ждал бы глупцов-прилипал.

4. РАЗО ТРЕТЬЕ

Спустя немного времени 20 после того как эн Фолькета постигло горе из-за несчастья с Дамой его, покинувшей Монпелье и удалившейся, умер и эн Барраль, сеньор его и всего Марселя 21, сеньор, любимый им больше всего на свете, так что удвоились жестокие муки, каковые он терпел из-за жены эн Барраля, покойного своего сеньора 22 и из-за изгнанной Императрицы. И вот тогда сложил он такой плач, в нем же говорится:

Как те, кто горем сражен 23,
К жестокой боли хранят
Бесчувствие, рот их сжат,
Исторгнуть не в силах стон, –
Так я безгласен стою,
Хоть слезы мне сердце жгут,
И скорби этих минут
Еще не осознаю:
Эн Барраль мой могилой взят!
Что ни сделай, все невпопад
Будет – слез потому не лью.

Рассудок ли поврежден,
Чары ли сердце томят,
Но только найду навряд
Равных ему, ибо он
Втягивал в сферу свою
Честь, спрятанную под спуд,
Словно магнит – сталь из груд
Хлама: и вот вопию [226]
Я о том, что похищен клад
Доблести той, с коею в ряд
Ставить мы не смеем ничью.

Тот нищ, кто до сих времен
В любви его был богат;
Всех смертных овеял хлад,
Когда он был погребен:
О, скольких я отпою –
Весь, весь с ним погибший люд!
Многие ныне соткут
Траурную кисею.
Взял верх над великим и над
Малым он, в сонм благих прият,
Величье придав бытию.

Как верный найти мне тон,
Сеньор, коль в сердце разлад?
В Вас был источник отрад,
Свой восполнявший урон
Тотчас, подобно ручью,
Чьи тем обильней текут
Воды, чем больше их пьют;
Кто Вашу не пил струю!
Но Бог Вас берег от утрат,
Так что всякий Ваш дар – назад
Возвращаем был десятью.

Того, кто ввысь вознесен,
Здесь ждет, о горе, распад:
Цветок, лия аромат
Сладчайший, был обречен
Смертельному лезвею;
Пусть видят в том Божий суд
Все, что по миру бредут,
Как странник в чужом краю;
Позор и забвенье грозят
Там, кто путь свершал наугад,
Не ища Его колею.

Господь, чтобы был лишен
Навеки победы ад,
Ты Сам на кресте распят,
Зато грешный род спасен;
Яви же милость Твою
Ему, как являл и тут, [227]
И дай средь святых приют;
О Дева, молитву чью
Как высшей мы ждем из наград,
Попроси за достойных чад
У Сына, чтоб быть им в Раю.

Сеньор, пусть я и пою
Когда грудь слезы мне жгут,
Но скорби прилив так лют,
Что первенство отдаю
Трубадурам, чей выше лад,
Хоть в сердце хвалу Вам, стократ
Высшую, чем они, таю.

5. РАЗО ЧЕТВЕРТОЕ

После того, как добрый наш король эн Альфонс Кастильский 24 разбит был наголову королем Марокканским по имени Мирамамолин 25, захватившим Калатраву, Сальватьерру и Кастильо де Дуэньяс 26, по всей Испании воцарилась в сердцах достойных людей великая скорбь, ибо обесчещен был христианский мир, а добрый наш король Альфонс потерпел горестное поражение и утратил часть своих земель, да к тому же еще люди Мирамамолина вторгались во владения короля для грабежа и разбоя 27. И тогда добрый наш король эн Альфонс послал к Папе послов своих 28, прося его соизволить помочь ему добиться помощи от вассалов французской и английской короны, короля Арагонского и графа Тулузского.

Эн Фолькет Марсельский, большим будучи другом доброго нашего короля Кастильского, – в то время он еще не вступил в орден цистерцианцев 29, –сложил песню, призывающую сеньоров и всех добрых людей к крестовому походу на помощь доброму королю Альфонсу, и в призыве этом восхвалял честь, какую обретут они, помогая королю, и сулил прощение всех прегрешений, какие получали они за это от Бога.

И вот песня, сложенная им, как проповедь:

Отныне не вижу, что 30
Могло помешать бы нам
Придти с мольбой в Божий храм,
Прося нам помочь Того,
Кто ныне поруган Сам:
Враг Его Гроба Святого лишил 31,
Стала Испания долом могил –
Время пустых отговорок прошло:
Здесь никого еще шквал не топил.
Чем еще может Он нас упрекнуть?
Разве что снова свершит крестный путь. [228]

Отдав нам Себя Всего,
Он принял муки и срам,
И было нашим грехам
Так искупленье дано;
Кто жизни желает там,
Пусть не жалеет для Господа сил
Здесь, ибо смертью Он жизнь возвратил;
Смерти из нас не избегнет никто –
Горе тому, кто Страх Божий забыл!
В жизни едва мы успеем мелькнуть,
Как предстоит нам навеки уснуть.

Люди о том, что темно
Судят подобно слепцам:
Хоть тело – лишь смертный хлам,
Всю жизнь они все равно
Хотят угодить телам,
Души же губят: спасительный пыл
Их охранявший от смерти, остыл;
Был бы я горд, если б хоть одного
К действию словом своим побудил:
Хватит про бедность волынку тянуть,
Каждый оденет пусть панцирем грудь!

Пусть будет сердце его
Годно к великим делам!
Король Арагонский 32, Вам
Бог верил заботу о
Том, чтоб внушить храбрецам,
Что вы – их броня, что крепок их тыл;
Если бы делу король изменил,
Он причинил бы и Господу зло;
Тем же, кто верно Ему послужил,
Здесь иль на небе сторицей вернуть
Может Он все – воздаянья в том суть.

Король Кастильский 33 давно
Не должен верить глупцам,
Его хранящим от ям,
Ибо идти нелегко
Всем по Господним путям:
Кто с Ним заодно, кто Богу вручил
Жизнь беззаветно, лишь тот Ему мил.
Всякое дело без Бога – ничто, [229]
Любит Он тех, кто Его возлюбил,
Спесь перед Богом не знатна ничуть,
К славе ведет не гордыня отнюдь.

Жизни высокой не знав, не добыл
Чести безумец, поскольку мостил
Тленом дорогу: чтоб нам повезло,
Строить прочнее должны мы настил;
Блага добившись, никто не забудь
Благодареньем Творца помянуть.

Славный Магнит, Вас Господь отличил 34
Срок, чтоб к Нему Вы пришли, Он продлил:
Ваше спасенье – Его торжество;
Гибельно плыть без руля и ветрил,
Богу легко нас заставить свернуть:
Ждет Он, чтоб сами мы выбрали путь.


Комментарии

1. Фолькет Марсельский – ок. 1178-1195, ум, в 1231 г. Сын генуэзского купца, обосновавшегося в Марселе, Фолькет продолжал дело отца, посвящая досуги сочинению песен, безупречных по форме, однако веющих холодком безличности. Впоследствии он оставил, впрочем, то и другое ремесло, всецело посвятив себя Церкви, вскоре стал аббатом, а в 1205 г, был назначен епископом Тулузским. Здесь он оставил печальную о себе память как гонитель своих соотечественников, став одним из предводителей крестоносцев, к которым примкнул после объявления Альбигойского похода. Фолькет был одним из организаторов в Лангедоке инквизиции и принимал непосредственное участие в преследовании инакомыслящих (см. Дополнение второе, I, 8).

Критическое издание: Stronski S. Le troubadour Folquet de Marseille. Cracovie, 1910.

2. ...у короля Ричарда... – Т.е. у Ричарда Львиное Сердце (см. XI, примеч. 6), чье имя встречается в двух песнях трубадура.

3. ...у графа Раймона Тулузского... – Т.е. Раймона V (см. VI, примеч. 10), напротив, им не упоминаемого.

4. ...у эн Барраля, сеньора Марсельского. – См. LVII, примеч. 7. Смерти этого своего покровителя Фолькет посвятил плач, комментируемый в разо третьем.

5. ...оттого в песнях своих жалуется он беспрестанно на Амора. – Автор жизнеописания справедливо называет здесь один из главных мотивов лирики Фолькета.

6. ...умерла дама и умер муж ее, эн Барраль... – См. выше, примеч. 4; дама же умерла много позже, в 1201 г., когда Фолькет был уже монахом.

7. ...король Альфонс Арагонский. – Альфонс II Арагонский (см. XI, примеч. 14).

8. ...вышел он из мира... и т.д. – Все эти сведения исторически достоверны. Отречение Фолькета от мира состоялось ок. 1200 г.

9. Мадонна Алазаис де Рокамартин – см. LVII, примеч. 7.

10. Лаура де Сент Джордан – на самом деле, свойственница Барраля, бывшая замужем за виконтом Марсельским Толстым (1178-1188).

11. Мабелия де Понтевес – еще более дальняя родственница Барраля.

12. ...к Императрице... и т.д. – См. о ней след. разо, а также XI, примеч. 163.

13. Столь куртуазный тон возьму... – Р.-С. 115,23.

14. Лжецов презреньем окружу... – Строфа предоставляет пример действий клеветников (см. о них выше, VIII, примеч. 15).

15. Магнит – сеньяль, которым именуют друг друга Фолькет Марсельский и трубадур Бертран де Борн (см. выше, XI, примеч. 60 и VIII, примеч. 27).

16. ...Императрицу... о чем сказывал уже я вам в другом рассказе. – Т.е. в разо десятом Бертрана де Борна. Евдоксия, застав своего жениха короля Альфонса Арагонского по приезде к нему в 1174 г. уже женившимся на Санче Кастильской, вышла замуж за Гильема VIII, виконта Монпелье (1172-1202).

17. Не знающее препон... – Р.-С. 115,27.

18. ...возвели на нее поклеп... и т.д. – В 1187 г. Гильем де Монпелье разошелся с Евдоксией, заключив ее в монастырь. Фолькет поначалу в нескольких песнях отважно стал на ее сторону. Подобному тому как в предыдущей кансоне трубадур ссылается на вдохновляющий его высокий авторитет куртуазной Императрицы, здесь он сожалеет о том, что теперь уже больше этого делать не может. На основании этой строфы и нескольких других мест песни средневековый комментатор приписал любовь к Евдоксии самому Фолькету, сделав ее адресатом кансоны.

19. Императрицы, чей свет... – Здесь повторены ст. 56-60 приведенной песни.

20. Спустя немного времени... – Пять лет разделяют смерть Барраля (1182 г.) от изгнания Евдоксии (1187 г.).

21. ...эн Барраль, сеньор его и всего Марселя... – См. примеч. 4.

22. …муки, каковые он терпел из-за жены эн Барраля... – См. разо первое.

23. Как те, кто горем сражен... – Р.-С. 155,20.

24. Альфонс Кастильский – Альфонс VIII Кастильский (1158-1214).

25. ...королем Марокканским по имени Мирамамолин... – Романская передача титула Амир аль Муменин (т.е. властелин правоверных) марокканских альмохадских халифов.

26. Калатрава, Сальватьерра и Кастильо де Дуэньяс – крепости в Испании, захваченные маврами в кон. ХII- нач. ХIII в.

27. ...люди Мирамамолина вторгались... для разбоя... – Это происходило в 1196-1197 гг.

28. ...послал к Папе послов своих... – Относится либо к 1195 г., либо к 1211 г., когда после потери Сальватьерры король Альфонс VIII обратился к папе Иннокентию III и был объявлен крестовый поход.

29. ...еще не вступил в орден цистерцианцев... – Фолькет принял монашество около 1200 г. Ср. XI, примеч. 22.

30. Отныне не вижу... – Р.-С. 155,15. – Сирвента, призывающая короля Арагонского предпринять крестовый поход против испанских мавров. Известно, что, спустя, десятилетие, Фолькет с тем же жаром призывал к крестовому походу против собственных соотечественников – "еретиков".

31. Враг Его Гроба Святого лишил... – Саладин завоевал Иерусалим в 1187 г.

32. Король Арагонский – король Альфонс II Арагонский, стремившийся объединить христианских правителей Испании для борьбы против мусульман.

33. Король Кастильский давно... – Альфонс VIII Кастильский, потерпевший со своими войсками сокрушительное поражение от мавров при Аларкосе в 1195 г. Именно это поражение явилось первым толчком для пропаганды крестового похода в Испанию.

34. Славный Магнит... и т.д. – Торнада обращена к Бертрану де Борну (см. выше, примеч. 15).