№ 92

Копия рапорта командира канонерской лодки «Манджур» капитана 1-го ранга Сергеева 3-го

от 1/14 декабря 1911 года за № 723

К 1-му ноября часть иностранных судов, по-видимому, опасаясь обмелеть при малой воде, ушла из Ханькоу; другая часть спустилась вниз по реке за десантами и вскоре возвратилась обратно.

Английский адмирал на «Alacrity», германский на «Tiger» вместе с крейсером «Leipzig», австрийский крейсер «Franz Jozef I», американская канонерская лодка «Helena», японские крейсера «Tsuchima» и «Tatsuta», все в течение нескольких дней ушли из Ханькоу.

На смену им пришли: американская канонерская лодка «Elcano», английская «Woodcok», японский крейсер «Mogami», на котором поднял свой флаг контр-адмирал Кавашима, и два японских миноносца. Американская лодка «Helena» вернулась к 10-му ноября.

Общее командование перешло к японскому адмиралу Кавашима, который, как и английский адмирал, рассылал ежедневно приказы.

В первых числах ноября театр военных действий несколько отодвинулся от концессий к р. Хан. Империалисты предполагают организовать переправу через р. Хан и взять Ханъян. В ожидании этого все время происходят незначительные схватки пехоты. Артиллерия как одной, так и другой стороны действует все время, обстреливая батареи, форты и все подозрительные шлюпки на реке.

Случайные попадания снарядов в районе концессий и стоянки судов продолжаются. Эти попадания зависели от места расположения [223] правительственных батарей, но отчасти их можно также объяснить, неумением революционеров обращаться с орудиями. 3-го ноября значительное количество снарядов со стороны революционеров попало в дома на русской концессии и английской. Было тяжело ранено несколько человек китайцев. В реку также попало несколько снарядов, но корабли, стоящие на якорях, не пострадали. Только английская канонерская лодка «Woodcok» принуждена была переменить место, так как несколько пуль попало в нее и один снаряд революционеров разорвался на верхней палубе. В тот же день было получено известие о переходе китайских крейсеров на сторону революционеров. Эти суда частью находились в Шанхае, частью в промежуточных пунктах между Шанхаем и Ханькоу. Адмирал Са и некоторые офицеры с судов скрылись.

Крейсера ожидались в Ханькоу, и их прибытие, по-видимому, должно было дать значительный перевес силам революционеров.

4-го ноября, согласно предупреждению генерала Ли, разосланному консулам, должно было произойти большое сражение с участием флота, генерал Ли предупредил, что если империалисты, отступая, проникнут в концессии и положат оружие при входе в них, он не будет их преследовать и гарантирует им жизнь. Сражения, однако, в этот день не было.

5-го ноября произошло сильное сражение у пристаней в китайской части г. Ханькоу. На пристанях укрывались имперские войска и революционеры пытались уничтожить их прикрытие. Сражение сопровождалось оживленной артиллерийской перестрелкой и продолжалось до позднего вечера. Правительственные войска удержали за собой все свои позиции.

6-го ноября снизу реки пришли два китайских крейсера под революционным флагом и, медленно проходя мимо батарей империалистов, расположенных ниже концессий на левом берегу реки, открыли по ним огонь. Батареи отвечали, обстреливая крейсера и форт революционеров против семимильного канала, их поддерживающий. Перестрелка продолжалась полчаса. По истечении этого времени один из крейсеров ушел вниз по реке, а другой «Hai-Jung» без выстрела прошел мимо батарей и концессий к городу Ханъяну. Через пять часов, в шестом часу вечера, показался китайский миноносец, также под революционным флагом, идущий полным ходом вверх по реке. Правительственные батареи открыли по нему усиленный огонь, на который ответил форт против семимильного канала и сам миноносец. Попаданий в миноносец не было и он, благополучно прорвавшись, стал на якорь у правого берега реки против английской концессии. Через несколько времени после этого китайский крейсер вышел из Ханъяна и, обстреливая правительственные батареи, ушел вниз по реке. На крейсере — один убитый и шесть раненых. [224]

7-го ноября революционеры из Учана бомбардировали китайскую часть г. Ханькоу.

До 9-го ноября было сравнительно спокойно. Революционерам удалось потопить удачными выстрелами пристани, где укрывались имперские войска, которые препятствовали движению по реке и обстреливали шлюпки мирных жителей.

В ночь с 8-го на 9-е ноября отряд революционеров в 150 человек проникнул в китайскую часть города, где находились империалисты, и вырезал несколько постов. Когда империалистам удалось окружить этот отряд, он с фанатизмом бросился в бой и истребил значительное число империалистов, но и все люди его также погибли.

10-го ноября с утра началась сильная артиллерийская перестрелка, и империалисты начали правильное наступление на Ханъян. Накануне им удалось переправиться через р. Хан в 30 милях выше Ханъяна. После переправы, которая была совершена при помощи понтонов, доставленных немецкими поставщиками, 1500 человек империалистов двинулись на Ханъян. Навстречу им вышло около 3000 революционеров. Произошло упорное и кровопролитное сражение. С обеих сторон очень много убитых и раненых, так что все иностранные госпитали переполнены. На этот раз империалистам не удалось овладеть Ханъяном, и они отступили частью вверх по р. Хан, частью переправились на другую сторону реки и расположились в китайской части г. Ханькоу, за иностранными концессиями.

В этот же день революционные крейсера появились на горизонте, в течение 40 минут бомбардировали правительственные батареи и затем ушли вниз по течению р. Яндзе.

Вечером и ночью были слышны ружейные перестрелки за концессиями и частая орудийная стрельба.

В 11-м часу вечера три снаряда из Ханъяна упали в 10—15 саженях от лодки, не разорвавшись. Попадания снарядов в пределах концессий и в районе стоянки иностранных судов очень частые. Раненых европейцев не было.

11-го ноября с 4 часов утра снова началось наступление на Ханъян, сопровождаемое энергичным ружейным огнем. Революционеры, успешно отразив наступление, переправились, в свою очередь, через р. Хан, предполагая, по-видимому, произвести контр-атаку правительственных войск. К пяти часам утра они, однако, оставили попытки к переправе и отступили обратно в Ханъян, усилив до крайних пределов орудийный огонь. В это время под носом и кормою лодки упало в воду несколько снарядов небольшого калибра, неразорвавшись. К 7 часам утра ружейная стрельба прекратилась, артиллерийская — стала значительно реже. В 9 часов утра два крейсера под революционным флагом обстреливали правительственные батареи, [225] расположенные у семимильного канала. Выстрелами зажжено два резервуара с маслом по 75 000 галлонов каждый. В китайской части г. Ханькоу — сильный пожар. Около 12 часов дня буксирный пароход, имея на буксире три баржи, пытался прорваться снизу реки мимо правительственных батарей. Батареи открыли по ним огонь и через несколько времени загоревшийся катер и баржи выбросились на правый берег реки и стали под защиту революционных батарей. В 7 часов вечера имперские войска снова начали наступление, сопровождаемое интенсивным огнем с обеих сторон. Несколько снарядов пролетело мимо лодки. Места их падения не удалось определить из-за наступающей темноты. Около 9 час. 30 мин. вечера два снаряда из Ханъяна попали в воду саженях в двадцати от лодки, а третий пролетел над полубаком.

Почти тотчас же снаряд, также выпущенный из Ханъяна, рикошетом от палубы на мостике ударил в левую вентиляторную трубу передней кочегарки и, разорвавшись, пробил в нескольких местах вентилятор, главную дымовую трубу, коечную сетку, согнул стойку трапа, повредил в нескольких местах палубу и баркас, стоявший на блоках. Снаряд, судя по найденным осколкам, оказался 57 м/м гранатой. Раненых не было. К 11 часам вечера огонь совершенно стих, а к 12 часам ночи завязалась снова ружейная перестрелка, сопровождаемая редкими орудийными выстрелами.

12-го ноября было временное затишье. Правительственные батареи изредка обстреливали баржи и шлюпки, препятствуя движению по реке.

Утром я поставил в известность японского адмирала о попадании снаряда в лодку. По его распоряжению тотчас же был послан в Ханъян миноносец с начальником штаба адмирала. Случай попадания снаряда был поставлен на вид генералу Ли. Последний обещал употребить все усилия, чтобы подобные случаи больше не повторялись. На реке — пиратство и много мирных жителей убиты и ограблены разбойничьими шлюпками. Генерал Ли предполагает уничтожить пиратство и возобновить движение по реке. В настоящее время как революционные власти, так и правительственные, воспретили плавание по реке с 6 часов вечера до 7 часов утра.

Суда, нарушающие это правило, обстреливаются.

До 14-го ноября было затишье. 14-го с рассветом снова началось наступление империалистов на Ханъян. Революционные войска из Хубейской провинции, подкупленные империалистами, внезапно во время боя перешли на их сторону, обрезали провода от фугасов, заграждающих путь к Ханъяну, и этой изменой решили судьбу Ханъяна, который к 9 часам утра уже был в руках империалистов. Немедленно же по взятии Ханъяна империалисты с его высот начали обстреливать Учан, а также завладев всем левым берегом р. Яндзе, рекою Хан и обоими ее берегами, совершенно прекратили всякое движение по [226] рекам. Шлюпки, появляющиеся на реке, немедленно расстреливались. Таким образом погибло несколько больших парусных барж, не успевших укрыться под берегом.

В последующие дни сражений не происходило. Батареи воюющих сторон изредка обстреливали друг друга. Революционеры обстреливали также поезда, доставлявшие империалистам необходимые припасы.

16-го ноября английские волонтеры совместно с японскими матросами под руководством адмирала Кавашима произвели маневр примерного отражения толпы, пытающейся проникнуть в английскую концессию. Всеми передвижениями частей распоряжался адмирал Кавашима, рассылая предписания с рассыльными на велосипедах.

17-го ноября выздоровели больные дизентерией, выписались из английского берегового госпиталя.

18-го ноября империалисты получили по железной дороге несколько осадных орудий. Они устанавливают их частью у семимильного канала, по-видимому, имея в виду возможную борьбу с крейсерами, частью на высотах Ханьяна для противодействия осадным орудиям, имеемым в Учане. У революционеров там имеется около трехсот орудий полевых, горных и осадных большого калибра. Арсенал и все боевые припасы отвезены в глубь страны для их большей безопасности и доставляются в Учан небольшими партиями по мере надобности. Между правительственными войсками и революционными идут переговоры. Революционные силы, несмотря на видимые неудачи, мало-помалу увеличиваются. В Учане уже имеется 15 полков пехоты, вооруженной современным оружием. Прочего войска, вооруженного как попало, насчитывают несколько десятков тысяч. По слухам, от Нанкина, Киу-Кианга и других промежуточных пунктов между Ханькоу и Шанхаем идет до 50 000 войска в помощь революционерам. О взятии ими Нанкина получаются самые разноречивые сведения. Наверное, о взятии его стало известным лишь 21—22 ноября.

20-го ноября назначено было перемирие на три дня, которое продолжено еще до 8 часов утра 26-го ноября.

21-го ноября по улицам Ханькоу было расклеено объявление генерала Ли к народу. Ли призывал всех сочувствующих целям восставших, объясняя задачи, которые он преследует, и обещал употребить все силы для их выполнения. Всякие слухи о колебании революционеров ввиду нескольких неудач он категорически отвергает.

22-го ноября пришел пароход добровольного флота «Колыма», привезший роту 6-го Сибирского стрелкового полка при двух пулеметах, в составе пяти офицеров, двухсот семидесяти двух нижних чинов и обоза. При роте прислано 26 лошадей. По прибытии командир роты явился мне и согласно уставу гарнизонной службы вступил под мое начальство как старшего из чинов, несущего обязанности начальника [227] гарнизона г. Ханькоу (русской концессии). Роте было предназначено помещение в одном из домов частных русских домовладельцев. Помещение это еще не было готово и нижним чинам роты удалось его приготовить через двое суток.

24-го ноября, когда личный состав роты несколько ознакомился с местностью и положением дел, мною было предложено произвести смену десантов и с этого дня сухопутная часть вступила в охрану русской концессии, сменив чинов с вверенной мне лодки. Командиру роты вместе с планом города мною были даны соответствующие инструкции применительно к местным условиям, а также переданы на временное пользование два судовые пулеметы и все баррикады и кирпичные павильоны, выведенные на улицах по моему распоряжению. В отношении продовольствия роте была оказана посильная помощь. Положение ее весьма тяжелое, так как положенных кормовых денег (по 9,9 копейки в день на человека, безусловно, мало. Довольствие одного стрелка, принимая во внимание высокие цены, обойдется не менее 53 коп. в день). Местным генеральным консулом была послана телеграмма военному министру, объясняющая положение дел и необходимость открытия кредитов.

23-го ноября пришла американская канонерская лодка «Villalobos». С 24-го ноября начали приходить известия о грабежах и разбоях в окрестностях города. Разбойники и пираты прикрываются именем генерала Ли и вообще революционеров, но на самом деле революционеры не замешаны в этих грабежах и с их стороны принимаются меры к прекращению беспорядков.

В Чанша толпа напала на немецкие торговые склады и уничтожила их. В Шанхае убит революционерами компрадор немецкой фирмы Siemsen, поставлявшей империалистам оружие, снаряды, амуницию и продукты. Убийца свободно скрылся.

В Учан начали съезжаться делегаты от 11 революционных провинций для переговоров с империалистами и обсуждения условий, предлагаемых ими. Ввиду этого перемирие продолжено еще на 15 суток, считая с 8-ми часов утра 26-го ноября.

Делегатами была выработана программа, которая в копии при сем вашему высокопревосходительству представляется..

Эта программа в подлиннике за подписями делегатов и генерала Ли была отправлена в Пекин через командующего правительственными войсками генерала Фына. По рассмотрении в Пекине этой программы председателем совета министров был командирован в Ханькоу министр Танг-Чао-И для ведения переговоров между обеими сторонами. Министр прибыл в Ханькоу 26-го ноября.

Несмотря на объявленное с этого дня перемирие во всех провинциях революционные войска, прибывшие из Киу-Кианга и Нанкина под [228] защитой шести военных судов, произведя высадку у местечка Гуан-Пи в расстоянии около 90 ли (45 вер[ст]) от Ханькоу, в ночь с 26 на 27 ноября произвели нападение на имперские войска. Большая численность революционеров и полная неожиданность нападения способствовали полному поражению империалистов, которые в этот день потеряли более 1500 человек убитыми и ранеными.

Имперские войска отступили к станции Десятый километр. Раненые империалисты привезены в госпитали в Ханькоу и даже, за неимением мест, в Учан, где и помещены в госпиталях революционеров, находящихся под покровительством второй жены генерала Ли.

26-го ноября пришел японский крейсер «Чиода», доставивший морской десант.

Того же числа в Ханькоу был получен указ молодого императора о сложении прав с принца-регента и передаче их совету министров. Указ этот революционерами не был встречен сочувственно, так как они желают провести до конца свою программу и не хотят видеть главой государства представителя манджурской династии, приверженцы которой ради охранения династии объявили революционерам, что они изменят имя императора на китайское. Революционеры, ссылаясь на авторитеты своих ученых, не соглашаются на подобный компромисс, говоря, что сорокавековое существование Китая показало, что народ менял династии тогда, когда находил это нужным.

Шедший из Киау-чао германский военный транспорт «Титания», на котором находилась рота солдат, отправленная для охраны немецкой концессии в Ханькоу, был задержан в Киу-Кианге революционерами, так как последние подозревали, что на транспорте идет большой груз военных припасов для имперских поиск. Несмотря на протесты командира транспорта и обращенный к генералу Ли протест старшего командира охранных судов, стоящих в Ханькоу, транспорт до 26-го ноября в Ханькоу не прибыл, несмотря на то, что ходу до Киу-Кианга а не более 18 часов.

В конце месяца снова были в районе английской концессии произведены маневры английских волонтеров, матросов с охранных судов и японских матросов под общим командованием адмирала Кавашима.

27-го ноября были маневры германских матросов совместно с волонтерами.

В начале декабря предполагают также устроить совместные маневры сухопутной роты, судового десанта и волонтеров.

29-го ноября пришел германский транспорт «Титания», привезший роту солдат. 30-го ноября японский крейсер «Могами» ушел в Нанкин. Адмирал Кавашима перенес флаг на крейсер «Чиода».

До сего времени из сухопутных частей для охраны иностранных [229] концессий первой прибыла русская рота. На днях ожидается прибытие полевой батареи французов и около двух рот англичан.

В начале месяца, ввиду весьма серьезного положения дел, приходилось высылать увеличенный десант, а посему не было возможности вести с командой правильные судовые занятия. Ежедневно с комендорами происходили занятия наводкой, для чего к 6 орудию было приспособлено ружье системы Франкотт с баскетными патронами, из которого стреляли по движущейся на особом рейке мишени.

Список:

Английские канонерские лодки: «Кадмус», «Тистл», «Удкок»,

Американские канонерские лодки: «Елена», «Елькано», «Виллалобос».

Французская канонерская лодка: «Десиде».

Немецкие канонерские лодки: «Ильтис», «Фатерланд», «Люкс» (временно ушла) и военный транспорт «Титания».

Японские: крейсер «Чиода» и один эскадренный миноносец.

ЦГАВМФ СССР, ф. 418, оп. 1, д. 3887, лл. 32—43 (копия).