Некоторые факты из жизни цинских евнухов

(По материалам книги «Тайны Цинского двора». Пекин, 1985.)

В среде евнухов царили многочисленные злоупотребления, поэтому уже в первые годы правления маньчжурской династии Цин властями была предпринята попытка реформирования этого института. В тринадцатый год Шуньчжи (1657) новые власти ликвидировали старую структуру, существовавшую в годы династии Мин, в результате чего число придворных тайцзяней сократилось почти в десять раз: с более 90 тысяч в конце Мин (XVI-XVII вв.) до 9 тысяч человек. Преобразованиям подверглись тринадцать отделов, или служб дворца, к которым евнухи имели самое непосредственное [300] отношение, например такие, как: отделы, ведающие церемониями и этикетом (так называемые сылицзянь и юйюнцзянь), государевой кухней (шаншаньцзянь), дворцовой одеждой (шанъицзянь), государевой конюшней (юймацзянь), «службой времени» («отдел колоколов и барабанов» - чжунгусы), дежурством при дворе (чжидяньцзюй) и т.д. В тринадцатый год Канси (1645) вместо тринадцати ямыней-служб была образована палата, или управление Внутренних дел (нэйуфу), при которой был создан так называемый отдел Дворцовой службы (буквально «Дом Усердной службы» - цзиншифан) во главе с двумя Главными Управляющими из евнухов-тайцзяней, которые контролировали исполнение обязанностей всеми дворцовыми евнухами. С течением времени число евнухов при дворе неуклонно сокращалось. Так, если в годы Цяньлуна (1736-1795) при дворе было 2866 евнухов, служивших в 127 отделах дворца, то в годы Цзяцин (1796-1820) их число сократилось до 2638, а в годы правления Гуансюя (1875-1908) их было 1989. При последнем манчжурском императоре Пу И (его эра правления называлась Сюаньтун - Возглашение Правления) число евнухов во дворце сократилось до 800-900. Это был финал правления Цинов и начало Республики.

Отдел Дворцовой службы считался важнейшим органом, следившим за продвижением евнухов по службе, их перемещениями из отдела в отдел, за своевременным замещением вакантных должностей. В его функции также входил контроль за охраной ворот Гугуна, дабы во внутренние покои дворца не попал никто из посторонних. В подчинении этого отдела находились евнухи всех дворцовых служб, а их во дворце было множество. Вот некоторые из них: Дворец Небесной Чистоты (Цяньцингун) - важнейшее место Гугуна, имеющее непосредственное отношение к особе государя. Тайцзяни, которые здесь служили, отвечали за сохранность императорских указов и исторических анналов.

Зал Осиянной Гуманности (Чжаожэньдянь), он же Дворец Великой Добродетели (Хундэдянь), где евнухи несли дежурство и следили за порядком, они же занимались уборкой помещений.

Зал Соединения Величия (Цзяотайдянь) - евнухи здесь следили за сохранностью государевых драгоценностей, важных бумаг, касающихся заслуженных особ и т.д.

Во Дворце Спокойствия Земли (Куньингун - дворец принадлежал императрице и ее окружению) евнухи отвечали за порядок в помещениях, воскурение благовоний и т.д. [301]

Во дворце существовали более мелкие отделы: например, отдел, ведающий дворцовыми часами («самозвучащие часы» - их собрание до сих пор украшает одно из помещений Гугуна. - Д. В.), Дом Государева чаепития, или Дом Государевой пищи, в котором евнухи следили за приготовлением еды и напитков и своевременным подношением их монарху. Были отделы древнего антиквариата (гудунфан), государевых лекарств (юйяофан), Подношений духам (цзишэньфан), отдел подогрева пищи, уборки помещений и даже отдел государственных ружей (он назывался отделом «птичьих ружей», поскольку ружья были предназначены для стрельбы по дичи). В Отделе Счастливых Предзнаменований евнухи отвечали за временное пристанище для гробов, предназначенных государевым фавориткам, а евнухи из Отдела Встречи со счастьем (юйсичу) обеспечивали сокрытие греха, содеянного во дворце: в одном из глубоких уголков Гугуна они зарывали плаценту - послед.

В первые годы правления Маньчжурской династии дворцовые евнухи в отличие от чиновников двора не имели рангов, однако уже в начале XVIII в. (в последний год Канси, то есть в 1722 г.) для заслуженных тайцзяней были утверждены 5-й и 6-й ранги, которых удостоились всего несколько человек. В годы правления Юнчжэна (сына Канси) для Главного Управляющего Отдела Дворцовой службы был установлен 4-й - 5-й ранг (из существующих девяти), остальные евнухи, начальники менее значимых служб, имели [302] шестой, седьмой и восьмой ранги. Евнухи, даже очень заслуженные, не имели права иметь ранг выше четвертого. Лишь в конце династии Цин евнух Ли Ляньин удостоился 2-го ранга. Ему также была пожалована шапка с красным верхом и куртка, расшитая драконами. Несколько позднее такой же высокой степени удостоились евнухи Чжан Цяньхэ и Жуань Цзиньшоу, они получили ее уже после провозглашения Республики во время бракосочетания Пу И. Оба тайцзяня отвечали за соблюдение ритуала во Дворце Вечной Весны (Чанчуньгунь).

Одежда и эмблематика

Одежда евнухов имела различия в цвете, эмблемах и символах в зависимости от их положения и ранга. Например, евнух 2-го ранга носил шапку с красным верхом, третьего - с синим, четвертого - с верхом так называемой «никелевой синевы» (в словарях этот цвет не отмечен. Очевидно, эпитет «никелевый» передавал особый матовый блеск, присущий этому металлу. - Д. В.), пятого - с блестящим белым, седьмого - с золотистым верхом, восьмого - с золотистой макушкой и знаком долголетия. На халате евнухов были вышиты эмблемы или знаки зверей и птиц, также соответствовавшие определенным рангам. Второму рангу соответствовал священный журавль, третьему - феникс, четвертому - павлин, пятому - цапля, шестому - иволга, седьмому и восьмому - перепел. Евнухи, не имевшие рангов, были одеты в темно-синий (лиловый) шелковый халат, на котором сзади и спереди был вышит узор в виде свернувшегося дракона или знака долголетия с пятью летучими мышами вокруг 32. Все остальные евнухи носили простые холщовые халаты без эмблемы, синего или лиловатого цвета.

Одежда дворцовых евнухов имела пять цветов: серый, синий, бордовый (густой пурпурный), «чайный» и «верблюжий» (светло-коричневый). Цвет платья зависел от сезона года. Весной, осенью и зимой преобладали серые и синие оттенки, летом - чайный и верблюжий. В торжественные дни (например, в дни рождения монарших особ) евнух облачался в платье густо-красных и лиловых тонов, а в дни траура преобладали темно-лиловые цвета. В гардероб евнуха входили также: туфли, халат - пао, шапка, короткая или удлиненная куртка - гуа (так называемые «большая и малая гуа»), рубашка без рукавов, куртка магуа, безрукавка - каньцзянь, [303] штаны - чаку, пояс - ляндай, обмотки - туйдай. Куртку магуа имели право надевать лишь начальники (например, Главный Управляющий), остальные тайцзяни (имевшие ранги или их не имеющие) обычно носили безрукавки - каньцзянь. Туфли евнухов (они назывались «рогатинами» - цзяосюэ) были темного (черного) цвета; Управляющий имел право носить сапоги, чего не могли себе позволить другие евнухи.

Жалованье евнухов

Во времена первых императоров династии Цин дворцовый евнух получал жалованье в виде денег на расходы, риса и так называемого «дарованного серебра», которое выдавалось за долгую службу. Размер жалованья напрямую зависел от ранга. Например, евнух 4-го ранга получал 8 лянов серебра, 8 доу (мер) риса и деньги на «казенные расходы» в размере одного чоха (связки монет) и мелких монет. Жалованье сокращалось по мере уменьшения ранга. Так, евнухи 8-го ранга в месяц получали лишь 4 ляна серебра, 4 доу риса, а сумма на расходы составляла всего 700 монет (медяков). Как уже говорилось, при дворе существовала группа низших тайцзяней трех категорий. Евнухи первой из них получали 3 ляна серебра и 3 меры риса.

Как известно, евнухи служили не только во дворце, но и в домах влиятельной маньчжурской знати (у великих князей, титулованных особ бэйлэ и бэйцзы). Их жалованье определялось уже не двором, а зависело от имущественного положения в обществе его хозяина - вельможи. Например, в годы Сюаньтун (при последнем императоре Пу И) евнух, служивший в доме великого князя Чунь-вана (он принадлежал к так называемым «большим фамилиям» - дафу) и имевший стаж, получал 4 ляна, а мелкий слуга - 1 лян серебра.

Дворцовые тайцзяни имели разного рода поощрительные надбавки, так называемые «сезонные награды»: материальные поощрения по случаю дней рождения или сверхурочные. Суммы были особенно внушительны, когда во дворце рождался наследник или на свет появлялось чадо у одной из жен императора, а также по случаю государевой свадьбы. Евнух мог получить в виде дара отрез шелка или атласа, кусок дорогой парчи, меха, изделие из нефрита и мелкие драгоценности. Среди даров оказывались редкие картины, [304] каллиграфические свитки. Особенно славились шелковые ткани, сделанные в Нанкине или провинции Сычуань, парчовые изделия под названием «даеман», или «долома». Стоимость даров порой превышала размер жалованья евнуха. Вот что, к примеру, получил в качестве дара (по случаю свадьбы Пу И) один из влиятельных евнухов Шао Сянлу. Ему был присвоен высший, то есть 2-й ранг (напомним, что этот ранг присваивался в исключительных случаях), он получил 250 лянов серебра, десять штук шелковой ткани, десять собольих шкурок, три меха выдры, десять калановых шкур, по одной связке бирюзовой яшмы и жемчуга, золотые часы. Общая стоимость даров этому евнуху составила 12650 лянов. По случаю свадебной церемонии не были обойдены и мелкие тайцзяни: каждый получил по 20 лянов серебра и шкурки песца.

Частная жизнь высокопоставленных евнухов

Приближенные к трону евнухи пользовались многочисленными благами, которые предоставляла им близость к особам императора, вдовствующей императрицы (если речь идет о Цыси) или клану великих князей. В годы Гуансюя Главный Управляющий получал в месяц 100 лянов «на прокорм» («деньги на рис»), хотя в действительности его блага были куда более значительны, поскольку существовали разного рода дополнительные дотации. Знатные тайцзяни обычно жили в отдельных помещениях дворца, кормились из государевой кухни, то есть мимо рта «заслуженных евнухов» не проходили изысканные яства, которые подавались к столу монарших особ. Фаворит императрицы Лунъюй (супруги Гуансюя, с которой тот никогда не жил) евнух Чжан Ланьдэ питался совершенно так же, как сама монаршья особа. Ему подавали 40 блюд, а обслуживали его 27 слуг-евнухов. Другого «заслуженного» евнуха Лю Чэнпина (доверенное лицо одной из императорских фавориток - Дуанькан) обслуживали 12 человек; пища готовилась специально для него, ему заваривали и подносили чай, одевали, убирали помещение, в котором он жил. У евнуха была своя столовая, гостиная, чайный домик и даже так называемый «расчетный домик», где евнух совершал денежные операции. Конечно, подобными благами пользовались далеко не все евнухи, [305] однако все они, в большей или меньшей степени, имели какие-то привилегии. Даже после свержения монархии в 1911 г. при высоких особах (бывших женах и фаворитках государя) продолжало служить значительное число тайцзяней. Так, во втором десятилетии XX в. фаворитку Дуанькан обслуживал сразу 121 евнух, из которых 13 имели звание шоулинов - начальников. Эти «начальники» умели извлечь из своего положения разные блага, которых было немало: к примеру, дворцовые скопцы довольно свободно пользовались «государевой кухней».

В годы Гуансюя некий Синь Сюмин (влиятельный придворный) написал книгу «Мелкие записи из императорского дворца», в которой привел множество фактов из жизни двора, а также поведал о мошенничествах и злодеяниях, сопровождавших дворцовый быт. Впечатляет список продуктов, ежедневно поставлявшихся в дворцовую кухню, а потом к столу Гуансюя и Цыси. Значительная часть продуктов расхищалась до и после государевой трапезы. По сведениям Синя, на дворцовой кухне для стола Цыси за один раз готовили следующие продукты: мясо (включая свиные рульки) 50 цзиней, целая свиная туша и один баран, две курицы и утки, 2 шэна тонкого риса, более одного шэна (один шэн и пять гэ; гэ - одна десятая шэна) желтого «старого» риса (его еще называют «фиолетовым»), 3 шэна «речного риса», 3 цзиня муки из «позднего» - твердого риса, 15 цзиней обычной муки, 1 цзинь муки гречишной, пшеничного порошка (манки) - 1 цзинь, бобов ваньдоу - три гэ, кунжутного семени - 1 гэ и 5 шао, обычного сахара - 2 цзиня, 8 цзиней кускового сахара (пэньтан), 8 лянов меда, 4 ляна орехов, 2 ляна кедровых орешков, 28 яиц, 8 лянов сушеных [306] персиков, 3 цзиня и 10 лянов кунжутного масла, 2 цзиня бобовой сыворотки, 1 цзинь обжаренного теста, 2 цзиня и 12 лянов сладкой сои (соус), 2 ляна темной сои, 5 лянов уксуса, 15 цзиней овощей. В списке продуктов значились также акульи плавники, ласточкины гнезда, грибы «серебристые уши» (древесный гриб. - Д. В.) и много других деликатесов. Значительная доля этих продуктов доставалась жуликоватой и прожорливой челяди, среди которой евнухи занимали отнюдь не последнее место.

* * *

В последние годы маньчжурской династии большое влияние при дворе приобрели евнухи Ли Ляньин, Цуй Юйгуй, Сяо Дэчжан и другие. Их роль в жизни двора (а также в политике) объяснялась тесной связью с представителями власти: императрицей Цыси, женами и фаворитками императора, крупными маньчжурскими вельможами, а после Синьхайской революции 1911 г. -лидерами военщины: Юань Шикаем и другими генералами. Исторические факты свидетельствуют, что евнух Ли однажды получил от генерала (а потом президента страны) Юань Шикая 200 тысяч лянов серебра за поддержку, которую тот должен был оказать Юань Шикаю в закулисной борьбе. Евнух Ли сумел приобрести в родном уезде 36 цинов земли. Супруга Гуансюя, императрица Лунъюй одарила верного евнуха драгоценностями (жемчуга и нефриты), разложенными на особых (квадратных) блюдах в 4,5 чи длиной и 3 чи шириной (1 чи примерно равен 33 сантиметрам. -Д. В.). Каждый из приемных сыновей Главного Управляющего получил по мешку с драгоценностями, а его приемным дочерям выдали по 170 тысяч лянов серебром. Другой евнух, фаворит императрицы, Сяо Дэч-жан скупил в разных местах под Пекином более 30 цинов земли, а в английском сеттлементе Тяньцзиня построил двенадцать домов, в которых разбил цветники, похожие на сады в парке Летнего дворца. У него были усадьбы и два ломбарда в самой столице. Надо сказать, что предпринимательской деятельностью занимался не только он, но и другие тайцзяни, имевшие в Пекине торговые дома и ломбарды. Тот же Сяо Дэчжан, человек ловкий и честолюбивый, не гнушался никакими средствами в достижении своих целей. Он сумел втереться в доверие не только императрицы Лунъюй, но и многих влиятельных особ двора (Юань Шикая, генерал-губернатора Цзян Чацзуна и других). Устранив своих многочисленных [307] конкурентов («тридцать шесть друзей»), он приобрел громадную власть при дворе. Для еще большего ее укрепления он обеспечил хорошими должностями своих родственников или близких людей. Его брат стал Вторым Управляющим при императрице Лунъюй, его ученик Жэнь Фусян получил пост столоначальника - чжанъаня. Другой ученик Синь Сюмин стал начальником дворцовой кухни и т.д. Благодаря широким связям евнуху удалось сохранить влияние и богатство даже после падения монархии, вплоть до изгнания Пу И из дворца Гугун в начале 20-х годов.

Жизнь после службы

Судьбу евнухов после дворцовой службы вряд ли можно назвать счастливой. Конечно, некоторые из них (Ли Ляньин, Цуй Юйгуй) правдами и неправдами сумели приобрести крупные (порой громадные) состояния, однако в обществе их богатства воспринимались как «неправедные» («хэнцай» - добытые нечестным путем). Евнухи это, конечно, прекрасно понимали и старались скрыть свое состояние от чужих глаз, что сделать было довольно трудно. Помимо злобы и зависти евнухи-тайцзяни вызывали в обществе презрение. Словом, их судьба вне дворца представлялась далеко не радужной, даже в родных местах, где к ним нередко относились с холодным пренебрежением. Вот почему многие евнухи заканчивали свои дни в храмах и монастырях (становившихся для них своего рода богадельнями), где они были избавлены от людской подозрительности и злобы. Здесь им было куда спокойнее, чем в столице или даже в местах, откуда они были родом. За стенами храма провели остаток своей жизни известные тайцзяни: Ли Ляньин был похоронен на кладбище при храме Милосердной Помощи, влиятельный евнух Лю Чэнъинь - в храме Драгоценного Хранилища (Баоцансы) в Золотых горах - Цзиньшань и т.д. В шестнадцати храмах под Пекином известны 3336 захоронений евнухов. А всего в окрестностях Пекина находилось двадцать шесть «обителей тайцзяней». Некоторые евнухи, дабы заранее обеспечить себе место в храме, загодя становились учениками того или иного монаха-наставника (часто даоса), брали себе монашеское имя (вроде Бороздящий Тучи или Праведник Чистого Облака - монашеские имена двух евнухов при Цыси), образовывали религиозные секты и школы. [308]

На западной окраине Пекина (сейчас в черте города) находится знаменитый храм Белых Облаков - Байюньгуань, один из центров даосизма в Китае. Многие евнухи двора имели с этим храмом самые тесные связи. Они делали храму щедрые пожертвования, принимали в нем обет. Так, при императоре Гуансюе евнухи собрали для монашеской обители более 9 тысяч лянов серебра, а число посвященных превысило пятьсот человек. Подобные храмы находились в черте города (на средства евнухов было построено не меньше двадцати храмов), как, например, известный храм Великого Милосердия (Хунъэньгуань), расположенный в центре столицы у ворот Дианьмэнь - Спокойствия Земли, возле Барабанной Башни. Благотворительная деятельность евнухов преследовала вполне конкретную цель - обеспечить себя пристанищем и средствами существования в старости (например, благодаря купленной близ храма земле, которую евнухи сдавали в аренду).

Наказания

Жизнь евнухов можно было уподобить хождению по канату. За малейшие промахи и провинности скопцов ждали разные наказания, вплоть до смертной казни. Если дворцовый евнух совершал проступок вне дворца, его наказывали по законам той или иной области, за промах в стенах дворца он отвечал перед Управлением Дворцовой службы - Цзиншифан. Для провинившихся евнухов была построена специальная тюрьма - шэньсинсы (Отделение наказаний), где они подвергались каре в зависимости от проступка. Наказание было строго регламентировано и определялось специальным Положением из трех разделов с двенадцатью параграфами. Первый включал пять параграфов (или статей), второй - три, третий - четыре. В первом параграфе (статье) описывались такие проступки и прегрешения, как использование «частных знакомств» (проще говоря, подкуп и взятки), неисполнение служебных обязанностей, продление «дурных страстей», оказание поддержки в корыстных целях и т.д. За проступки на евнуха накладывался штраф или его лишали довольствия. Наказание в виде штрафа могло длиться от одного месяца до года. В других параграфах предусматривались наказания за недостойные действия в [309] пьяном виде, рукоприкладство и сквернословие, произведение шума во дворце и бесцеремонное поведение, отказ явиться к начальнику, неисполнение приказов и поручений, несвоевременное возвращение во дворец после отлучки и т.д. Так, если дежурный евнух заснул на посту, его начальник подвергался штрафу на четыре месяца, а провинившийся получал сорок батогов, и у него в виде штрафа изымали месячное жалование.

Случалось, что придворные евнухи (как и другие дворцовые служащие), не выдержав тяжелой службы и издевательств начальников, накладывали на себя руки. Тела покончивших с собой бросали на пустыре, где их пожирали одичавшие собаки. Нередко подвергались наказанию родственники евнухов: одних ссылали на запад (в Или), других отправляли на север в суровый край Хэйлунцзян, кто-то становился рабом в знатных маньчжурских домах. Евнухов, пытавшихся убежать из дворца, в случае поимки ссылали в дальние пограничные земли, где они становились рабами какого-нибудь армейского начальника, при этом на них не распространялась никакая амнистия. За серьезные проступки на [310] провинившихся надевали тяжелую деревянную колоду - кангу, которую они должны были носить всю жизнь.

Самым распространенным видом наказания было битье батогами, которые изготавливались из особого вида бамбука (так называемого «темного бамбука»), сочетавшего в себе плотность фактуры с гибкостью. Батоги представляли собой длинную палку, или планку (она называлась чжан или бань) длиной в 5 чи (более полутора метров) и толщиной в 5 фэней (около 1 сантиметра). Наказуемого клали на землю лицом вниз, чтобы нижняя часть спины выдавалась кверху. Один из экзекуторов держал жертву за голову, два человека держали руки и двое - ноги. Сбоку стоял экзекутор с батогами, а рядом с ним еще один, отсчитывавший удары. Наказуемый должен был непременно кричать и просить пощады, иначе его поведение расценивалось как непризнание своего проступка и упорное неповиновение, а это было чревато новыми, более тяжелыми наказаниями. После экзекуции жертву тащили к начальнику, и евнух, покаявшись в своих прегрешениях, «благодарил за дарованную милость». Если наказание свершалось в одном из ямыней, евнуху иногда удавалось задобрить (то есть попросту подкупить) кого-то из экзекуторов, чтобы тот не бил его [311] слишком сильно. При «дворцовом наказании», то есть в присутствии хозяина или высоких чинов, такие просьбы о пощаде обычно оставались без внимания. От таких экзекуций особенно большое удовольствие получала Цыси. Порой число жертв за один день достигало не менее сотни человек, поскольку наказывали не только провинившихся, но и всех евнухов данного ямыня. Евнухи, зная об этом «пристрастии» Цыси к порке, обвязывали бедра полосами из бычьей кожи, чтобы ослабить боль от ударов. Это средство называли «Буддой-защитником».

В годы правления Гуансюя (фактически страной управляла Цыси) существовал особенно изощренный и жестокий вид наказания (вернее, казни), которому подвергались как евнухи, так и остальные дворцовые служащие (слуги и служанки) за особо серьезные проступки. Куском смоченной в воде особой бумаги («хлопчатой бумаги»), сложенной в несколько слоев, жертве заклеивали рот, нос и уши, после чего принимались избивать батогами. В год Усюй (в тот год сторонниками Гуансюя была предпринята попытка осуществить реформы) таким способом были забиты до смерти многие евнухи, отважившиеся передать дворцовые секреты группе реформаторов. Таким же образом были уничтожены свыше тридцати евнухов, служивших у любимой жены (наложницы) императора - Чжэнь-фэй. Сама она по приказу Цыси была брошена в один из дворцовых колодцев. К этому преступлению приложил руку евнух Цуй Юйгуй.