Комментарии

1. В то время Чжу Юань-чжан еще не носил данного титула. Он принял его лишь в 1368 г. Однако поскольку в согласии с исторической традицией на употребление личных имен монархов налагалось табу, авторы источников для обозначения их использовали либо различные слова (например, шан, как в данном случае) и определения (вроде Шэнь чжу - «Мудрый владыка» или широко известного Тянь Цзы - «Сын Неба»), имеющие значение «император», либо соответствующий титул (ди - «император»), либо посмертные храмовые имена усопших государей. Ниже в этом же тексте Чжу Юань-чжан выступает еще раз под своим посмертным именем Тай-цзу (Великий предок).

2. В оригинале тут стоит выражение чэн фа, которое в современных китайско-русских словарях переводится как «утвержденный закон, установленные правила» [7, т. 4, с. 257], «устанавливать законы, твердые правила» [16, с. 653], «действующие законы (установления)» [119, с. 105; 120, с. 106]. Мы перевели его как «незыблемые законы», поскольку, противополагая танские и сунские законы непродуманным и случайным юаньским постановлениям, Чжу Юань-чжан, несомненно, хотел подчеркнуть, что правовые нормы первых носили устойчивый характер и были рассчитаны на длительное применение. Следует отметить, что иероглиф чэн, выступающий в качестве определения к слову «законы», означает также «зрелый, прекрасный, превосходный» [134, т. 2, с. 1185, ст. Чэн]. Нам кажется, что в данном контексте в выражении чэн фа в какой-то мере присутствуют все эти значения, но в переводе на русский язык их невозможно передать одним словом.

3. В источнике в данном месте употреблен иероглиф ши, который, несомненно, является сокращением от слова шили - «прецедент» [7, т. 3, с. 102]. Справедливость такой трактовки подтверждается Мин ши («Историей [династии] Мин»). Составители ее привели данный пассаж, но в ином контексте, и при этом заменили знак ши на иероглиф ли - «прецедент, правило, положение» [7, т. 2, с. 1017; 96, т. 8, гл. 93, с. 2279].

4. Учан в то время был столицей повстанческой империи Хань (1360-1364), в состав которой входили современные провинции Хубэй, Хунань, Цзянси, южная часть Аньхуэя и северо-западная часть Чжэцзяна. Она была провозглашена в 1360 г. Чэнь Ю-ляном, захватившим власть путем устранения других руководителей антимонгольского движения в этом регионе. Ожесточенная борьба между группировками Чжу Юань-чжана и Чэнь Ю-ляна закончилась гибелью последнего (октябрь 1363 г.), пленением его наследника в результате падения после шестимесячной осады Учана (22 марта 1364 г.) и переходом территории государства Хань под контроль Чжу Юань-чжана (см. [110, т. 1, с. 96]).

5. Несколько иная запись об этом событии содержится в Мин ши, где буквально сказано: «Тай-цзу, покорив Учан, сразу же обсудил законы и декреты» [96, т. 8, гл. 93, с. 2280]. Однако если исходить из реальной обстановки того времени на территории, контролируемой Чжу Юань-чжаном, и полностью идентичных во всех источниках сообщений о назначении почти четыре года спустя комиссии Ли Шань-чана (о которой речь пойдет ниже), то становится совершенно очевидно, что в данном случае перед нами отнюдь не другая версия интересующего нас события - обсуждение законов вместо обсуждения проблемы их составления, - а всего лишь недостаточно четкая формулировка. Вышеприведенная фраза встречается также в «Предисловии к ксилографическому переизданию минских законов», принадлежащем известному китайскому историку права Шэнь Цзя-бэню (1840-1913), который по старокитайской традиции не дает ссылок на использованные источники (см. [79, т. 1, «Предисловие», с. 1а]), но, по-видимому, она заимствована им из Мин ши.

6. Этот рассказ почти дословно воспроизводится в некоторых других известных источниках (см. [108, т. 2, гл. 136, с. 4013; 110, т. 1, с. 157]).

7. Вплоть до революции 1911 г. в Китае по традиции применялись две системы летосчисления: по шестидесятеричным циклам и по девизам правлений (нянь хао - букв. «название годов») императоров.

В основу первой - к ней относится и дата, выступающая в комментируемом тексте, - были положены шестидесятилетние повторяющиеся периоды. Внутри периода каждый год имел собственное название. Оно составлялось путем комбинации двух знаков, один из которых брался из десятеричного, а другой - двенадцатеричного циклических рядов. Образованные таким путем 60 наименований служили также для обозначения дней.

Вторая система ведет свое начало со вступления на престол императора Западно-Ханьской династии (206 г. до н.э. - 8 г. н.э.) У-ди (собственное имя Лю Чэ, 140-87 гг. до н.э.), который впервые избрал девиз для своего будущего царствования (см. [85, с. 164; 134, т. 2, с. 0997, ст. Нянь хао]). В период пребывания монарха на троне девиз правления мог несколько раз меняться. Как правило, это было связано с каким-либо чрезвычайным событием. Такой обычай стойко держался до прихода к власти Минской династии. Во время ее правления изменение нянь хао имело место только один раз - при шестом императоре Чжу Ци-чжэне. Первая половина его царствования от вступления на престол (1436 г.) и до поражения в китайско-ойратской войне при Туму, когда он попал в плен к монголам (1449 г.), прошла под девизом Чжэн-тун (Образцовое или Истинное правление); вторая - после возвращения из плена и восстановления на троне в результате свержения младшего брата (1457-1464) - была наречена Тянь-шунь (Небесное благополучие или Небесное послушание).

В дальнейшем в тексте неоднократно встречается девиз правления Чжу Юань-чжана - Хун-у, что означает «Великая» или «Счастливая война» и явно подразумевает свержение Юаньской династии и изгнание монголов из Китая.

Чтобы более не возвращаться к проблеме календаря, отметим еще, что календарные годы разнились друг от друга: одни насчитывали 12, другие - 13 месяцев. Это было связано с тем, что для приведения лунного календаря в соответствие с солнечным в разные годы каждого пятилетия дважды вставлялись дополнительные месяцы, обозначавшиеся тем же порядковым номером, что и месяц, за которым они следовали, но с определением жунь - «вставной, прибавленный, дополнительный» [7, т. 3, с. 125].

8. Полный список членов этой комиссии приводится в Мин Тай-цзу ши лу («Записи о делах, [случившихся в период правления] минского Тай-цзу») (см. [89, т. 2, гл. 26, с. 3б-4а]). Среди них значится шаоцин Лю Вэй-цзин. Последний иероглиф его имени - цзин, имеющий значения «почтительный, вежливый» [7, т. 3, с. 1085], здесь, по-видимому, является опиской, и вместо него должен быть знак цянь - «скромный, тактичный, вежливый, почтительный» [7, т. 3, с. 786]. Наше предположение основано на отрывке из труда Ся Се Мин тун цзянь («Полное отображение [истории династии] Мин»), в котором сообщается о повелении главе Ведомства наказаний (Син бу) Лю Вэй-цяню составить новый кодекс законов. Данный отрывок открывается несомненной реминисценцией о работе комиссии 1367 г., и при этом говорится: «[В то] время Лю Вэй-цянь был шаоцином (т.е. заместителем главы. - Н. С.) Да ли [сы] (Верховного ревизионного приказа. - Н. С.) и тоже принимал [в этом] участие» [110, т. 1, с. 310]. Поскольку в составе комиссии 1367 г. лишь упомянутый Лю Вэй-цзин имел должность шаоцина, только он один носил фамилию Лю и ни у кого другого в имени не было знака вэй, мы полагаем, что Лю Вэй-цзин и Лю Вэй-цянь - одно и то же лицо. Хотя иероглифы цзин и цянь очень отличаются по графике, но, может быть, близость их значений послужила причиной указанной описки.

9. Должность первого канцлера, которую занимал Ли Шань-чан в то время, называлась цзо сянго (см. [96, т. 6, гл. 72, с. 1733; 108, т. 1, гл. 52, с: 3258]), а после провозглашения империи она была переименована в цзо чэнсян. Во всех источниках, повествующих о назначении комиссии 1367 г., за исключением труда Ся Се, неправильно указано последнее название.

По традиции, восходящей еще к эпохе Чуньцю (VIII-V вв. до н.э.), во главе некоторых учреждений ставились два человека, к наименованиям должности которых добавлялись определения цзо (букв. «левый») и ю (букв. «правый»). Эти приложения, очевидно, были связаны с представлением о месте на более или менее почетной стороне. Понятие же о том, какая сторона является более почетной, время от времени менялось. Первоначально в государстве У соблюдали монгольский обычай, по которому более почетной считалась правая сторона. 26 октября 1367 г. Чжу Юань-чжан приказал придерживаться противоположного взгляда (см. [110, т. 1, с. 156]), в связи с чём Ли Шань-чан из ю сянго «превратился» в цзо сянго.

Слова цзо и ю в названиях чиновничьих должностей в отечественной и западной литературе переводятся как «старший» и «младший» (см., например, [6, с. 49; 12, § 207а, 207б, 208, 208а, 209, 209а; 179, с. 27]); мы иногда переводим их также словами «первый» и «второй». Помимо указанного выше оттенка нам не встречались другие сведения о неравенстве позиций «левых» и «правых» чинов ни в плане их должностных обязанностей, ни в отношении их чиновничьих рангов и вознаграждения, получаемого за службу.

10. Здесь и ниже лиц, занимавших в каком-либо государственном органе вторую по старшинству должность, мы называем заместителями, а третью - помощниками его главы.

11. В Центральном правительственном совете пост второго канцлера и две следующие по значению должности занимали видные военачальники: Сюй Да (ю сянго). Чан Юй-чунь, Ляо Юн-чжун (пинчжан чжэнши - букв. «планирующие политику»), Чжао Юн и Ван Пу (соответственно цзо чэн и ю чэн). Старшим и младшим главами Цензорского трибунала числились крупные полководцы Тан Хэ и Дэн Юй (см. [94, т. 2, гл. 125, с. 29586, 29592, гл. 126, с. 29599, 29600, гл. 129, с. 29625, 29626, гл. 134, с. 29673; 110, т. 1, с. 156]). Естественно, что по долгу службы все эти лица в основном находились на театре военных действий, и указанные назначения более свидетельствуют о том пиетете, которым в период вооруженной борьбы были окружены ведущие полководцы, чем об их участии в формировании повседневной политики.

12. Именно в таком смысле слово «декрет» употреблялось в нашей стране до принятия Конституции 1924 г. (см. [68, с. 81]).

13. Ими были: Ведомство чинов или, иначе, Ведомство личного состава и аттестаций (Ли бу). Ведомство финансов (Ху бу). Ведомство наказаний (Син бу), Ведомство церемоний (Ли бу), еще одно, одинаково звучащее по-русски, но записывавшееся другим иероглифом ли, Военное ведомство (Бин бу) и Ведомство работ (Гун бу). Поскольку эти учреждения играли примерно такую же роль, что и современные министерства, то в научной, особенно западной, литературе слово бу нередко переводится последним термином (см., например, [179, с. 31-36; 173, с. 96 и др.]). О функциях и структуре указанных органов см. [80, т. 1, гл. 12, с. 64-73; 96, т. 6, гл. 72, с. 1738-1763; 108, т. 1, гл. 53, с. 3272-3283; 137, т. 1-2, с. 237-1108; 179, с 31-36].

14. Дословное воспроизведение этой информации в Сюй Вэнь сянь тун као («Продолжение "Всеобъемлющего исследования письменных памятников"») является не чем иным, как незакавыченной цитатой из Мин Тай-цзу ши лу, причем вполне возможно, что она была заимствована не прямо со страниц последней, а попала туда опосредованно, через какие-то другие источники (см. [108, т. 2, гл. 36, с. 4013]).

15. В Мин Тай-цзу ши лу приказ о публикации этой книги записан под днем у-у (6 января 1368 г.), а у Ся Се он датирован предыдущим днем (см. [89, т. 2, гл. 28, ч. 1, с. 6а; 110, т. 1, с. 165]).

16. Относительно времени назначения и срока работы комиссии Лю Вэй-цяня в разных, а иногда даже в одном и том же памятнике содержатся несовпадающие данные. Например, составители Гу цзинь ту шу цзичэн («Полное собрание рисунков и текстов, [относящихся к] древности и современности») на указанных ниже страницах пересказывают сообщения двух разных источников. Из первого следует, что указ о пересмотре законов был издан в 10-м месяце 6-го года (17.Х-14.XI.1373 г.), а в следующем месяце эта работа была завершена (см. [73, т. 767, с. 18а]), из второго же вытекает, что данные события имели место соответственно в 11-м месяце 6-го (15.XI- 14.XII.1373 г.) и 2-м месяце 7-го года (14.III-12.IV.1374 г.) (см. [73, т. 767, с. 18б]).

Последние даты приводятся в большинстве источников. Они фигурируют в «Пояснительном докладе (бяо) к представлению минских законов императору» Лю Вэй-цяня (см. [103, т. 1, с. 21а]), и повторяются в разделах «Описание уголовных законов» (Син фа чжи) в Мин шу («Книга [о династии] Мин») Фу Вэй-линя и Мин ши, а также в Сюй Вэнь сянь тун као, Мин хуэй яо («Собрание важнейших [сведений по истории династии] Мин») Лун Вэнь-биня и комментарии к ст. 45 Да Мин люй цзи цзе фу ли (см. [79, т. 2, гл. 1, с. 97а]). Однако в разделе «Основные записи» (Бэнь цзи) Мин шу под 10-м месяцем 6-го года есть коротенькая запись: «Да Мин люй составлен (чэн)» [117, т. 1, гл. 2, с. 28], которая хотя и не увязывается с деятельностью комиссии Лю Вэй-цяня, но тем не менее до некоторой степени перекликается с одним из приведенных выше сообщений Гу цзинь ту шу цзичэн. В одноименном разделе Мин ши распоряжение о пересмотре законов датировано 11-м дополнительным месяцем 6-го года (15.XII.1373-12.I.1374 г.) (см. [96, т. 1, гл. 2, с. 29]). А составители Сюй Вэнь сянь тун као, базирующиеся на последнем источнике, информацию о работе над новым законодательным сборником (в ней, кстати, допущена опечатка: вместо «месяц» напечатано «год») сопровождают следующей ремаркой: «В [Мин ши] в "Основных записях" указан 11-й дополнительный месяц... это ошибка. Ныне [мы] следуем за "Описанием уголовных законов" (Син фа чжи) (название другого раздела из той же самой Мин ши. - Н. С.)» [108, т. 2, гл. 136, с. 4014]. Однако они ничем не подкрепляют своего суждения и выбора.

В Мин Тай-цзу ши лу под днем гэн-инь 11-го дополнительного месяца 6-го года правления под девизом Хун-у упомянут указ о назначении комиссии Лю Вэй-цяня, но потом авторы делают отступление к событиям нескольколетней давности и рассказывают о составлении Люй лин чжи цзе и изучении Чжу Юань-чжаном танских законов как бы затем, чтобы указать истоки танской окраски нового минского кодекса. Далее они излагают итог работы группы Лю Вэй-цяня, упоминают об активной роли императора и завершают свое повествование словами: «Когда [законы] были составлены, член [Академии] Ханьлинь (Ханьлинь юань) Сун Лянь составил пояснительный доклад (бяо) [к ним], чтобы представить [их императору]. [Император] повелел [новые законы] опубликовать и ввести в действие в Поднебесной» [89, т. 4, гл. 86, с. 7а]. Таким образом, мы не получаем данных о моменте окончания работы над кодексом, ибо в дальнейшем авторы уже не возвращаются к этой теме.

Точно такая же схема изложения интересующей нас проблемы присутствует в труде Ся Се, однако с небольшим отступлением: его рассказ помещен после дня жэнь-у 11-го дополнительного месяца (29 декабря 1373 г.), хотя и не прямо под этой датой, а с новой строчки. Тем не менее, поскольку внутри его есть слова: «К этому времени [император] приказал Лю Вэй-цяню тщательно разработать структуру (букв. "список глав") [законов]» [110, т. 1, с. 310-311], то данное распоряжение увязывается с вышеуказанным днем жэнь-у. Дальнейшее повествование Ся Се сжато до предела: вся информация о создании очередного кодекса сводится к одной строчке, которая завершается пассажем: «[в день] гэн-инь (6.I.1374 г. - Н. С.) приказал опубликовать и ввести в действие в Поднебесной» [110, т. 1, с. 311]. В результате означенный день воспринимается как дата окончания работы комиссии Лю Вэй-цяня. А отсюда следует, что составление нового законодательного сборника было завершено в том же самом (11-м дополнительном) месяце и потребовало всего восемь дней, что выглядит совершенно неправдоподобно, если учесть, что в этом произведении насчитывалось 606 статей, и принять во внимание процедуру их утверждения (см. ниже в основном тексте).

Если обратиться к Мин Тай-цзу ши лу, то под днем жэнь-у там значится то же самое событие, что и у Ся Се: посещение Чжу Юань-чжаном Храма Неба, далее идут сообщения о других событиях, помещенные под следующими датами 11-го дополнительного месяца: дни цзя-шэнь (31.XII), и-ю (1.I), цзи-чоу (5.I), гэн-инь (6.I) - назначение комиссии Лю Вэй-цяня, жэнь-чэнь (8.I), и-вэй (11.I) - предпоследний день 11-го дополнительного месяца, дин-ю (1-й день 12-го месяца) и т.д. (см. [89, т. 4, гл. 86, с. 5б-8а]).

Такое подробное и строго подневное изложение событий, как предшествовавших назначению комиссии Лю Вэй-цяня, так и последовавших за ним, делает маловероятной ошибку в их датировке, что и склоняет нас принять в качестве начала работы над новым вариантом законов число, приведенное в Мин тай-цзу ши лу. Рассуждая логически, время появления указа о пересмотре действующего кодекса должно было бы наиболее точно запечатлеться в памяти Лю Вэй-цяня, так как именно ему было адресовано монаршье распоряжение. А поскольку он относит его к 11-му месяцу, то наш выбор может показаться несколько странным. Однако вполне вероятно, что иероглиф «дополнительный» перед месяцем оказался случайно пропущенным в его пояснительном докладе или выпал из него по вине резчиков при подготовке печатного ксилографического издания. Кроме того, нельзя исключить, что данное определение для Лю Вэй-цяня было вообще несущественным, ибо его доклад отнюдь не ставил целью воссоздание хронологической канвы работы над новым законодательным сборником.

О времени создания Да Мин люй упоминается в трех статьях Л. А. Боровковой. В одной из них она пишет: «В конце 1372 г. был опубликован "Да Мин люй" ("Свод законов великой Мин")» [10, с. 161]. В другой приводятся несколько иные сведения: «На шестом году царствования Чжу Юань-чжана был составлен первый вариант "Кодекса Великой Мин" ("Да Мин люй"), который потом многие годы дорабатывался, уточнялся и был принят только в 1397 г.» [9, с. 118], в третьей - повторяется последняя дата (см. [8, с. 190]). К сожалению, Л. А. Боровкова при этом не указывает материалов, которыми она пользовалась, но 1372 год в связи с созданием или пересмотром Да Мин люй не фигурирует ни в одном китайском источнике. Далее, сборник, составленный на шестом (точнее, седьмом) году, не являлся первым вариантом кодекса, ибо им был труд, принадлежавший комиссии Ли Шань-чана. Затем, если под словом «принят» следует понимать утверждение и введение в действие, то, как свидетельствуют источники, эти акты имели место в отношении всех предыдущих версий, а не только редакции 1397 г.

17. В Мин хуэй яо это событие отнесено к дню цзя-цзы 6-го месяца 9-го года правления под девизом Хун-у, но это скорее всего описка или опечатка, так как указанный месяц не содержал такого дня, и должно быть цзя-у, как в Мин тун цзянь.

18. Данное название буквально означает «Управление главного командира-эмиссара». Учреждения, именовавшиеся таким образом, появились за несколько месяцев до описанной здесь реформы провинциальной администрации. В 10-м месяце 8-го года правления под девизом Хун-у (25.X-23.XI.1375 г.), очевидно, в целях совершенствования организации имперской армии и повышения оперативности выполнения распоряжений верховного командования на местах было образовано 13 указанных управлений. На них возлагалось руководство определенным (но в каждом конкретном случае разным) количеством воинских частей. Одно из этих управлении располагалось в Ляодуне (см. [144, л. 52-53]), а остальные - в центральных городах тогдашних периферийных провинций (см. [86, т. 2, гл. 42, с. 766-767; 96, т. 4, гл. 40, с. 883, гл. 41, с. 937, 952, гл. 42, с. 977, 993, гл. 43, с. 1021, 1053, гл. 44, с. 1071, 1101, гл. 45, с. 1121, 1133, 1148, т. 6, гл. 76, с. 1872-1873; 108, т. 2, гл. 122, с. 3890; 110, т. 1, с. 332]).

Одновременно в Шаньси, Шэньси и Фуцзяни, имевших особое значение с точки зрения отражения внешней опасности со стороны изгнанных, но не поверженных окончательно монголов и предпринимавших непрерывные набеги на китайское морское побережье японских пиратов, было дополнительно создано еще по одному такому управлению (см. [144, л. 56, 61, 70-71]). Их штаб-квартиры соответственно находились в Байяне (около Датуна), Хэчжоу и Цзяньнине, функционально же и структурно они ничем не отличались от первых. По-видимому, для того чтобы разграничить два одинаковых военных органа, оказавшихся на территории одной провинции, в наименования последних трех управлений был введен иероглиф син (Син ду чжихуэй ши сы) (см. [86, гл. 42, с. 767; 96, т. 4, гл. 41, с. 970, гл. 42, с. 1009, гл. 45, с. 1124, т. 6, гл. 76, с. 1873; 108, т. 2, гл. 122, с. 3890; 110, т. 1, с. 332]). Мы условно переводим их названия как «региональные военные управления», поскольку ни одно из многочисленных словарных значений знака син в данном случае не отражает сути дела.

Как видно, насаждение новых армейских структур осуществлялось весьма энергично и затронуло территорию практически всей страны. Не исключено, что это мероприятие являлось одним из подготовительных звеньев преобразований 1376 г. и в значительной степени обеспечило их успех.

В последующее время дополнительное создание рассматриваемых учреждений имело спорадический характер. В начале 1382 г., в связи с покорением провинции Юньнань и некоторых еще сохранявших независимость от Минской державы районов Гуйчжоу, в обеих этих зонах были организованы одноименные военные управления. Осенью 1387 г. к северо-востоку от Пекина было образовано Данинское управление (см. [144, л. 44-45]), в следующем году переименованное в Бэйпинское региональное. Еще одно региональное управление - Сычуаньское - появилось на западных рубежах империи осенью 1394 г. После прихода к власти Чжу Ди (1402-1424), вследствие приобретения столичного статуса провинцией Бэйпин, там было ликвидировано провинциальное военное управление, а региональному - возвращено первоначальное название. При внуке Чжу Ди императоре Чжу Чжань-цзи (1426-1435), очевидно для усиления обороноспособности северной границы, в 1430 г. к северо-западу от Пекина почему-то учреждается обычное, а не региональное Ваньцюаньское военное управление (см. [144, л. 44-45]). 4 января 1477 г. было основано последнее, на сей раз региональное управление в пров. Хугуан (см. [86, т. 2, гл. 42, с. 767-768; 96, т. 4, гл. 40, с. 883, 902, 905, гл. 43, с. 1049-1150, гл. 44, с. 1084, т. 6, гл. 76, с. 1873; 110, т. 3, с. 1268; 144, л. 66-67]).

Следует отметить, что для некоторых региональных управлений источники сообщают по нескольку разных названий. Так, например, Фуцзяньское управление иногда фигурирует как Цзяньнинское, видимо по местонахождению его штаб-квартиры; Шэньсиское может именоваться Сианьским, так как оно было учреждено на базе Сианьского особого главного вэя (Сиань син ду вэй; о вэе см. ниже, с. 70), или Ганьчжоуским, поскольку его командованию после 1392 г. по распоряжению императора пришлось переместиться в ставку одноименного вэя; Шаньсиское часто обозначается как Датунское, ибо оно возникло в результате преобразования одного из датунских вэев (см. [86, т. 2, гл. 42, с. 767; 96, т. 4, гл. 41, с. 970, гл. 42, с. 1009, 1015; 108, т. 2, гл. 122, с. 3890; 110, т. 1, с. 332]).

19. Административно-финансовые и Судебно-контрольные управления были учреждены только в периферийных провинциях: Шэньси, Шаньси, Бэйпин, Шаньдун, Хэнань, Сычуань, Хугуан, Чжэцзян, Фуцзянь, Цзянси, Гуандун и Гуанси. Столичная провинция оставалась под непосредственным контролем двора. В 1382 г. в связи с образованием пров. Юньнань там было создано только одно Административно-финансовое управление, которое по совместительству выполняло и юридические функции. Судебно-контрольное управление в этой провинции появилось лишь в 1397 г. В 1413 г. Административно-финансовое управление было учреждено во вновь образованной пров. Гуйчжоу, что же касается Судебно-контрольного управления, то, по одним сведениям, оно было основано там в 1414, по другим - в 1415 или 1416, по третьим - 1417 г. В царствование Чжу Ди названные управления были ликвидированы в пров. Бэйпин вследствие обретения ею статуса столичной провинции (см. [80, т. 1, гл. 15, с. 267; 86, т. 1, гл. 40, с. 707-709, 711-712; 96, т. 6, гл. 75, с. 1840, 1841; 108, т. 1, гл. 60, с. 3343, 3344-3345]).

20. Следует отметить, что с самого начала существования Минской державы руководство имперской армией было разделено между Военным ведомством и Главной военной коллегией. В ведении первого находились: подбор кандидатов на замещение офицерских должностей и оформление служебных перемещений командного состава, обеспечение армии вооружением, провиантом и лошадьми -в связи с чем оно контролировало деятельность Императорского коннозаводского (Тай пу сы) и Пастбищных (Юаньма сы) приказов, - сооружение и поддержание в должном состоянии военных укреплений, а также сеть курьерских и почтовых станций и контор по доставке грузов (диюнь со) (см. [96, т. 6, гл. 72, с. 1751-1754, гл. 74, с. 1800, гл. 75, с. 1845, 1846, 1853; 108, т. 1, гл. 53, с. 3278-3279]).

21. В источниках они обычно выступают под собирательным названием У цзюнь дуду фу (Пять главных военных коллегий), или сокращенно У фу.

22. Мы не располагаем сведениями о конкретной подчиненности военных управлений коллегиям сразу же после создания последних. Согласно более поздним и самым полным данным, в ведении Центральной коллегии находилось Хэнаньское управление, Авангардной - оба Хугуанских, оба Фуцзяньских, Цзянсиское и Гуандунское, Левофланговой - Чжэцзянское, Ляодунское и Шаньдунское, Правофланговой - оба Шэньсиских, оба Сычуаньских, Гуансиское, Юньнаньское и Гуйчжоуское, Арьергардной - Данинское, Ваньцюаньское и оба Шаньсиских (см. [96, т. 8, гл. 90, с 2205-2221]).

23. Основная задача Палаты всеобщего контроля состояла в том, чтобы надзирать за правильным исполнением обязанностей всем управленческим аппаратом и принимать соответствующие и необходимые для этого меры. Кроме того, она выполняла многочисленные юридические функции и поэтому вместе с Ведомством наказаний и Верховным ревизионным приказом составляла так называемые три высших судебных органа (сань фа сы) страны (см. [96, т. 8, гл. 94, с. 2305; 155, с, 182-183]). Цензоры не только проверяли судебные протоколы и опротестовывали несправедливые обвинения, но и участвовали в допросах серьезных преступников, а в ряде случаев могли непосредственно сами выносить решения о наказаниях. Кроме того, они принимали на разбор жалобы от населения и выступали в качестве истолкователей законов и дополнительных постановлений. Юридическая деятельность цензоров довольно подробно изложена в Мин ши (см. [96, т. 8, гл. 94, а также гл. 93, с. 2291, 2295, 2302]).

Об истории цензората в минское время, его структуре и многообразных функциях имеется фундаментальное исследование американского синолога Ч. Хакера (см. [178]), несомненно являющееся одной из лучших работ в мировом китаеведении.

24. Такие расхождения неоднократно встречаются на страницах Да Мин лин ([77], см., например, с. 17, 28, 75 и др.).

25. В некоторых источниках говорится о западной галерее (см. [73, т. 767, с. 18б; 117, т. 6, гл. 73, с. 1467]). Это расхождение, возможно, является результатом воспроизведения ошибки, имевшейся в рукописи, взятой за основу при составлении последующих трудов.

26. В Гу цзинь тушу цзи чэн и Мин шу дается неверная информация о том, что этот законодательный сборник насчитывал 19 разделов (см. [73, т. 767, с. 186; 117, т. 6, гл. 73, с. 1467]).

27. В источниках, к сожалению, не приводится конкретная дата представления этого доклада.

28. На Академии Ханьлинь лежало составление и редактирование монарших указов и других правительственных документов, а также официальных исторических трудов. Ее члены занимались чтением и толкованием императору классических и исторических сочинений и привлекались по мере надобности к участию в обсуждении различных государственных вопросов (см. [96, т. 6, гл. 73, с. 1786-1788]).

29. В Мин ши эта инициатива Ведомства наказаний, очевидно, ошибочно отнесена к 25-му году (25.I.1392-11.II.1393) правления Чжу Юань-чжана (см. [96, т. 8, гл. 93, с. 2283-2284]). Наше предположение базируется на труде Лун Вэнь-биня. Дело в том, что относящиеся к правовым проблемам события, предшествовавшие предложению ведомства о пересмотре законов и последовавшие за ним, излагаются в нем на основе раздела Син фа чжи из Мин ши. Однако в данном случае автор отбрасывает информацию последнего и приводит сведения другого, к сожалению, недоступного нам источника (см. [86, т. 2, гл. 64, с. 1244-1245]). Кстати сказать, ему же следуют и составители Гу цзинь ту шу цзи чэн (см. [73, т. 767, с. 22б]).

30. В некоторых статьях советских авторов содержится не согласующееся с данными источников утверждение, что вплоть до 1397 г. в Минской империи не существовало действующего кодекса законов и поэтому роль его выполняли Да гао («Великие рескрипты») (см. [4, с. 63; 9, с. 118]). Обращение (и, возможно, весьма широкое) к Да гао в судебной практике того времени не подлежит сомнению. Однако следует иметь в виду, что в силу особенностей, присущих этому сочинению, его нельзя было использовать в качестве универсального судебника, и посему оно не могло полностью заменить кодекса законов. Правильное мнение об истинном месте того и другого памятника в минской юриспруденции можно было бы составить на основании соответствующей статистики, которой мы не располагаем и, по-видимому, никогда располагать не будем. Сейчас же в наших представлениях на эту тему, несомненно, создается некоторый перекос, ибо источники во многих случаях оставляют без внимания (да это чаще всего и не входит в их задачу) такое нормальное и обычное явление, как вынесение приговоров согласно Да Минлюй, и подчеркивают факт применения Да гао, поскольку это обстоятельство выходило за рамки традиционной практики.

31. В первой части имеется предисловие императора, помеченное первым днем 10-го месяца 18-го года правления под девизом Хун-у (3.XI.1385 г.), и послесловие Лю Сань-у, чиновника из штата наследника престола, от 15-го числа того же месяца (17.XI.1385 г.) (см. [161, с. 4, 85; 141, с. 1429-1430, ст. Лю Сань-у]). Во второй - есть лишь императорское предисловие от 15-го дня 3-го месяца 19-го года правления под девизом Хун-у (14.IV.1386 г.) (см. [162, с. 88]). Третья часть оформлена, как и первая: ее открывает чжуюаньчжановское предисловие от 15-го числа 12-го месяца 19-го года (5.I.1387 г.) и заключает послесловие Лю Сань-у, датированное 25-м днем того же месяца (15.I.1387 г.) (см. [163, с. 245, 413]).

Перевод китайских дат, базирующихся на годах правления императоров, на европейскую хронологическую шкалу без учета расхождений между солнечным и лунным годами в некоторых случаях приводит к ошибочной датировке реальных событий. Примером может служить встречающаяся в некоторых работах информация о том, что обе последние части Да гао были изданы в 1386 г. (см. [9, с. 118]).

32. В качество эквивалента слова «количество» здесь стоит выражение ди доу, первый иероглиф которого имеет значения «соответствовать, быть соответствующим (адекватным), возмещать» [16, с. 637], а второй означает мерку для сыпучих и жидких тел (см. [7, т. 2, с. 938]).

33. 28 апреля 1386 г. по европейскому календарю.

34. Так назывались солдаты управлений охраны порядка, не входивших в структуру воинских подразделений регулярной минской армии (см. [96, т. 8, гл. 91, с. 2250]).

35. Управления охраны порядка (сюнь цзянь сы) были учреждены на всех внутренних заставах, сетью которых была покрыта территория Минской империи, и речных переправах. Они должны были осуществлять надзор за передвижением населения, перевозками казенного зерна, транспортировкой купеческих товаров, производить поимку соляных контрабандистов, преступников, беглых солдат и заключенных (см. [96, т. 6, гл. 75, с. 1852; 86, т. 2, гл. 75, с. 1458]). Название этих органов можно перевести также как «патрульно-контрольные управления».

36. Этот вид наказания, считавшийся особенно позорным и широко практиковавшийся в досуйское время (до конца VI в.), не входил в число официальных пенитенциарных мер, предусмотренных минским кодексом.

37. Шейная колодка (цзя) представляла собой деревянный щит, состоявший из двух половинок, с отверстием для шеи посредине. При одевании ее на шею осужденного обе половинки сначала раздвигались, а затем плотно смыкались и скреплялись замком (см. иллюстрацию в [32, с. 110]). В тексте перевода приводятся дополнительные сведения об этом типе экзекутивных орудий.

Что же касается калечащих наказаний вроде отрубания рук, ног и т.д., то они не входили в число карательных мер, санкционированных кодексом законов.

38. В отличие от Дэн Сы-юя, трактовки которого придерживаемся и мы, В. Франке считает данный сборник четвертой частью упомянутого Да гао (см. [175, с. 184, № 6.3.2; ср. 84, с. 1]).

39. Видимо, на этом основании Л. А. Боровкова охарактеризовала Да гао как «собрание прецедентов из политической и судебной практики, отобранных и изложенных императором» [9, с. 118], что в корне неверно, поскольку в русском языке слово «прецедент» означает «случай, имевший место в прошлом и служащий примером или оправданием для последующих случаев подобного рода» [62, т. III, с. 530, ст. «Прецедент»]. На самом деле Да гао являлось, если можно так выразиться, собранием антипрецедентов, т.е. собранием фактов, явлений, случаев, которые не должны были иметь, место в минской действительности. А вот собственным решениям, вынесенным в связи с ними, Чжу Юань-чжан действительно хотел придать силу судебного прецедента.

40. Западные авторы переводят его по-разному: Д. Боддэ как sub-statute [167, с. 32, 64 и др.], П. Рачневски - regle de jurisprudence [185, с. XVIII], В. Франке - judicial regulations [175, с. 186, № 6.3.3.(10)].

41. В минское время это понятие охватывало глав Шести ведомств, Палаты всеобщего контроля, Верховного ревизионного приказа, а также Управления по приему докладов и жалоб трону (Тунчжэн сы) (см. [134, т. 1, с. 0107, ст. Цзю цин]).

В «Большом китайско-русском словаре» дается не совсем точный перевод этого понятия: «9 высших придворных чинов» [7, т. 4, с. 576].

42. Этот сборник известен под названием Хун-чжи вэньсин тяоли («Постановления [по] уголовным [делам периода правления под девизом] Хун-чжи»). Нам хотелось бы здесь воздать должное наблюдательности Хуан Чжан-цзяня, ибо в источниках события, связанные с появлением данной компиляции, изложены настолько сумбурно, что эдикт об ее утверждении можно соотнести и с началом и с концом работы над нею. Кроме того, в них довольно противоречиво представлена проблема руководства составлением указанного сборника: по одним данным, оно было возложено на три высших судебных органа, по другим - на девять цинов, тогда как на самом деле все они принимали участие в выполнении этого поручения. И наконец, остается неясным, какое же количество дополнительных постановлений было признано «пригодными для долговременного употребления». Лун Вэнь-бинь и Ся Се говорят о 290 с лишним, в Мин ши и Сюй Вэнь сянь тун као фигурируют 297 статей. Указанная нами цифра приводится в Мин Сяо-цзун ши лу («Записи о делах, [случившихся в период правления минского Сяо-цзуна]»).

Хуан Чжан-цзянь, ссылаясь на Хуан Мин чжи шу («Книга установлений царствующей [династии] Мин»), опубликованную в 41-м году правления под девизом Вань-ли (19.II.1613-8.II.1614), куда рассматриваемый сборник был включен в качестве 13-й главы, говорит, что в нем было 281 постановление (см. [125, с. 150]).

43. Предложение главы Ведомства наказаний Юй Мао-цзяня по данному вопросу (вызванное землетрясением) и ответный указ императора помещены в Мин Ши-цзун ши лу («Записи о делах, [случившихся в период правления] минского Ши-цзуна») под днем и-ю 9-го месяца 27-го года (14.X.1548) царствования под девизом Цзя-цзин (см. [97, т. 85, гл. 340, с. 3б-4а]). В Мин ши эти события ошибочно отнесены к 28-му году (см. [96, т. 8, гл. 93, с. 2286-2287]). И видимо, из данного труда указанная дата перешла в другие источники (см. [86, т. 2, гл. 64, с. 1248; 108, т. 2, гл. 136, с. 4023]) и в литературу (см., например, [146, с. 277; 153, т. 1, с. 1197, ст. Вэньсин тяоли]).

44. Хуан Чжан-цзянь пишет о том, что этот сборник был представлен Гу Ин-сяном императору в 22-й день 10-го месяца 29-го года (30.XI.1550) правления под девизом Цзя-цзин (см. [125, с. 156]). Однако в Мин Ши-цзун ши лу под указанной датой отсутствуют какие-либо сведения об интересующих нас постановлениях по уголовным делам (см. [97, т. 85, гл. 366, с. 7а]). Они приводятся под днем цзя-шэнь 12-го месяца 29-го года (см. [97, т. 85, гл. 368, с. 9б-10а]).

45. В разделе, посвященном книгам минской эпохи, в Мин ши она называется Гу Ин-сян чунсю вэньсин тяоли («Постановления [по] уголовным [делам], исправленные Гу Ин-сяном»), по имени главы Ведомства наказаний, который на завершающем этапе руководил составлением этой компиляции (см. [96, т. 8, гл. 97, с. 2399]). Приведенное название, по-видимому, является бытовым, а не официальным.

46. В «Истории [династии] Мин» этот сборник значится как Шу Хуа вэньсин тяоли («Постановления [по] уголовным [делам] Шу Хуа») (см. [96, т. 8, гл. 97, с 2399]).