Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

ХУАНЬ КУАНЬ

СПОР О СОЛИ И ЖЕЛЕЗЕ

ЯНЬ ТЕ ЛУНЬ

Глава 57

Чжоу и Цинь

Императорский секретарь сказал:

«В «Вёснах и осенях» преступники не имеют ни имени, ни звания, называют их «воры»; вот каким образом [эта летопись] выказывает презрение к людям, подвергшимся наказанию, и отличает их от рода людского. Поэтому государь не делает их своими подданными, ученые не берут их себе в друзья и никого из них не терпят [даже] в деревнях. Оттого [как только] простолюдины [188] начинают нарушать какие-либо [запреты], их называют «простолюдинами, не следующими законам». Они нарушают государевы законы, чтобы выказать [особое] расположение другим [людям]; все они покидают своих родителей, неспособны пожертвовать собой ради [соблюдения] честности и умереть во имя долга, бегут, «втягивают других» и сами оказываются вовлечены в преступления; разве то, что они подвергаются наказанию через смертную казнь, не соответствует также [их поведению]? В одном доме между отцом и старшим братом [такие же] отношения, как у тела [ — головы с туловищем — ] и конечностей, которые связаны друг с другом: «когда придет в движение один сустав», то это становится известно сердцу. Поэтому ныне [люди], начиная с князей хоу из [столичной области] внутри застав и ниже, [живя на] соседних землях, [входят] в [группы по] пять [семей]; живущие в [одной] семье наблюдают друг за другом, следят друг за другом, когда кто-либо выходит [из дому] или входит [туда; бывает, что] отец не наставляет сына, старший брат не исправляет младшего 1; если оставить это [без внимания], то кого требовать [к ответу за преступления сыновей и младших братьев]?».

Знаток писаний сказал:

«В древности [правители] доводили до совершенства свои нормы поведения и вносили ясность в свои наставления. Если нормы поведения были доведены до совершенства, а в наставления была внесена ясность [и все же оставались] непослушные, — лишь тогда с ними обходились, применяя наказания. Если наказания, наносящие и не наносящие увечья, соответствовали [преступлениям], народ не роптал. Поэтому когда Шунь применил «»четыре наказания [к великим преступникам], то вся Поднебесная подчинилась ему", так как он покарал не человеколюбивых". При легких и при тяжелых [приговорах] в каждом случае [преступник] подвергался [заслуженному] им наказанию. Наказания налагались обязательно, и не было амнистий, амнистировали только в сомнительных случаях. А если так, то где в тот век было взять простолюдина, не следующего закону, чтобы наказать его? Ныне тот, кто убил человека, остается жить, а кто грабит или ворует, делается богат. Поэтому хороший люд [даже] дома бывает ленивым и нерадивым и, перестав пахать, падает духом, [охваченный тревогой и страхом]. В древности «благородные мужи не приближались к людям, подвергшимся наказанию», ибо «люди, подвергшиеся наказанию, — это не люди» 2. Если кто сам окажется выслан или казнен, то [189] принесет позор последующим поколениям [своего клана], поэтому независимо от того, достойные [они сами] или недостойные, все без исключения стыдятся [наказаний]. Ныне люди дурного поведения алчут выгоды и вследствие этого вовлекаются [в преступления], приняв на себя позор, забывают о нормах поведения и справедливости; они неизменны [только] в [стремлении к одному:] лишь бы как-нибудь прожить любыми средствами. Почему? Однажды [преступника] посылают в камеру для разведения шелковичных червей, [где его подвергают наказанию через оскопление]; его рана еще не зажила, а он уже по ночам охраняет правителя людей, выходит из дворца и входит туда да имеет возможность получать оклад и жалованье, есть пожалованное ему угощенье, [приготовленное в] Великом приказе, [ведающем императорской пищей]; благодаря этому сам он пользуется почетом и славой, а его жена и дети пользуются его богатствами. Поэтому если [даже] кто-нибудь, занимающий [высокий пост] в одном ряду с министрами и канцлерами, подвергается [наказанию через увечье, спознавшись с] ножом и пилой, и не видит [в этом повода для] беспокойства, то что же говорить о [людях из] толп и масс [простолюдинов]? У них совершенно нет стыда! 3. Ныне [скажу про государя:] упразднить его «наставление» при помощи внутренней духовной силы и требовать от кого-либо [выполнения] норм поведения и долга — это значит «жестоко обращаться» с народом. В «Комментарии» к «Вёснам и осеням» сказано: «Если, когда виновен сын, хватают его отца, а когда виновен подданный, хватают его государя, то это величайшая из ошибок при решении [судебных дел]». Ныне карают отца за [преступление] сына, карают старшего брата за [преступление] младшего брата, близкие родственники осуждаются [за преступление] одного из них, [а члены групп по] десять и [по] пять семей втягиваются [в преступление] одного из них, словно [кто-то], потянув [растение] за корень [и вызвав сотрясение], распространяет [его] на цветы и листья или, поранив [на руке] мизинец [и вызвав болезнь], вовлекает [в нее] четыре конечности. А поскольку это так, стало быть, если за виновного по аналогии [с ним] карают невинных, то невинных, [избежавших наказания], будет мало 4. Когда Цзан Вэнь-чжун наводил порядок в [княжестве] Лу, он гордился собой, одолев тамошних воров. Цзы-гун сказал: «Если даже простолюдины обманывают, что же говорить о ворах?» 5. Поэтому чиновника не считают хорошим за обилие [судебных] приговоров, врача не считают искусным за обилие уколов иглой. Когда [190] Цзы-чань наказал двух людей и казнил одного человека, то на дорогах не подбирали потерянного, а народ не имел намерения обманывать. Поэтому кто является «отцом и матерью» народа, тот похож на [человека], растящего больного ребенка: он только умножает свои щедроты — и все. С тех пор как был установлен закон об осуждении за чужое [преступление] зачинщика укрывания [преступника], милосердие по отношению к [родной] кости и плоти оказалось отвергнуто, а преступлений, наказуемых через увечье, стало много 6. [Вот как ведут себя] «отец и мать по отношению к сыну: даже если он виновен», они все же укрывают его, «только потому, что он не хочет признать свою вину». Я слыхал, что «сын скрывает [то, что дурно,] ради отца, отец скрывает [то, что дурно,] ради сына», но еще [никогда] не слыхал об осуждении отца и сына [за преступление] одного из них; я слыхал, что старший и младший братья «[нарочно] медленно преследуют [один другого]», чтобы «дать ускользнуть разбойнику» 7, но еще [никогда] не слыхал об осуждении старшего и младшего братьев за [преступление] одного из них; я слыхал, что «плохое отношение к тому, кто плох, ограничивается [личностью] этого человека», что [благородный муж] «ненавидит начало [злодеяния]» 8 и казнит «зачинщика зла» 9, но еще [никогда] не слыхал об осуждении [членов групп по] десять и [по] пять [семей] за [преступление] одного из них 10. Лао-цзы сказал: «Когда высший не имеет желаний, то народ [сам собой] становится прост; когда высший бездействует, то народ сам собой становится богат». «Государь ведет себя как государь, подданный ведет себя как подданный, отец ведет себя как отец, сын ведет себя как сын» 11. [В таком случае] зачем «[входить в группы по] пять [семей» «тем, кто живет на] соседних землях», зачем «требовать [кого-то к ответу» 12 тем, кто] держит в руках правление?».

Императорский секретарь сказал:

«Ведь если кто, неся на спине тяжелую поклажу [весом в] тысячу цзюнь, поднимется с нею на бескрайнюю высоту, станет над отвесным ущельем с высокими крутыми стенами и, [взглянув] вниз, [увидит, что] оказался на краю пропасти неизмеримой [глубины], даже обладай он «проворством [царевича] Цин-цзи» и «смелостью [Мэн] Бэня и [Ся] Юя», не найдется такого, кто бы не затрепетал от страха, так как он поймет, что, если упадет туда, его тело и голова, «мозг и печень запачкают [кровью]» 13 камни гор. «Поэтому если кто никогда не обжигался и тем не менее не смеет хватать огонь руками, это потому, что он видит, что что-то себе обожжет; если [191] кто никогда не был ранен и тем не менее не смеет хватать лезвие руками, это потому, что он видит, что что-то себе поранит». Благодаря знанию, что если он сделает зло, то на него непременно будет наложено наказание и наказание распространится на отца и старших братьев, он обязательно из страха будет делать добро. Поэтому когда [правители] учредили законы и создали установления, если [при виде их люди чувствуют себя так], словно оказались на краю ущелья [глубиной в] сто [саженей] жэнь, или хватают огонь руками, или «наступают на лезвия», то народ будет бояться и «не посмеет нарушать» запреты. «У любящей матери бывают испорченные дети», потому что она [жалостлива] — «неспособна вынести [их страдания] в мелочах»; «в семье, где строгие нравы, не бывает буйных рабов», потому что [там] «расследуют и требуют [к ответу]» безотлагательно. Теперь, если не введя [метода], с помощью которого «в семье, где строгие нравы», обуздывают подчиненных, «последуешь [методу], с помощью которого [любящая мать] портит детей» 14, то впадешь в заблуждение».

Знаток писаний сказал:

««[Тиран] Чжоу создал наказание огнем», а у [династии] Цинь был закон об аресте жены и детей [преступника и превращении их в казенных рабов] 15. Чжао Гао на основании суровых писаных [установлений] принимал решения по преступлениям внутри [при дворе, а] все чиновники на основании строгих законов выносили приговоры за пределами [двора, на местах]. «Мертвые лежали [вповалку] друг на друге», те, что подверглись наказанию через увечье, [шли непрерывной чередой], не пропадая друг у друга из виду; [люди из] ста кланов «[со страху] кидали косые взгляды, [не смея взглянуть прямо]», «[стояли], наступив себе на ногу, [не смея ступить и шагу] 16, дрожали, [хотя] было не холодно. В „[Классической книге] стихов» сказано: «Говорят, что-де Небо высокое, но мы не решаемся не [ходить] под ним сгорбившись. Говорят, что-де Земля твердая, но мы не решаемся не ступать по ней осторожно, мелкими шажками... Жаль нынешних людей; почему [применяющие законы] ведут себя, как ядовитые змеи и ящерицы?». Разве в это время только [подданные Цинь] «не боялись огня» и «наступали на лезвия»? Однако [в результате в государстве Цинь] отцы и сыновья отвернулись друг от друга, старшие и младшие братья стали пренебрегать друг другом и дошло до того, что [родные одной] кости и плоти стали вредить друг другу, высшие и низшие стали убивать друг друга. [Дело] не в том, что наказания син были [192] легкими, а «наказания фа» не были «неотвратимыми», а в том, что указы были чрезвычайно суровыми, а человеколюбие не проявлялось и милости не оказывались 17. Поэтому когда правление мягкое, то низшие относятся к своему высшему как к близкому; когда правление суровое, то подданные составляют заговоры против своего правителя. Оттого [князь (гун)] Ли [государства] Цзинь «был заключен в тюрьму» [своими сановниками]; оттого Эр-ши был убит [заговорщиками]. Как это совместимо с [вашими утверждениями, что народ] «не нарушает» суровые законы и что «в семье, где строгие нравы, не бывает буйных рабов» 18? Совершенномудрые люди понимали это; по этой причине они стремились привести [сердца] в гармонию, а не вселить в них страх. Поэтому августейший божественный властитель Гао сократил исключительно суровые законы Цинь, чтобы успокоить народ, исполненный злобы и ненависти, и взрастить сердца, пребывающие в гармонии и согласии; он боялся только [одного] — как бы наказания не оказались тяжелы, а его внутренняя духовная сила слаба. По этой причине его милости распространялись беспредельно и его благодеяния пролились на последующие поколения. Шанский Ян и У Ци сочли законы [государств] Цинь и Чу легкими и усугубили их [суровость], подвергнув опасности своих правителей на вершине [власти] и положив конец своим жизням внизу, [среди подданных]. Вероятно, [все же] не только «любящая мать» 19 [доводит до беды своим воспитанием]?».


Комментарии

1. В «Гулян чжуань» говорится об убийстве неким «вором (или разбойником)» старшего брата одного князя и поясняется: ««Вор» — это [наименование, выражающее] презрение» (см. [Гулян чжуань, гл. 18, с. 26]; ср. [Legge, CT, с. 676, 677-678, 680, 681-682]; ср. [там же, с. 447]). Согласно комментариям Хэ Сю и других к «Гунъян чжуань», употребление в «Чунь цю» слова «вор» вместо имени и фамилии «сановника» или «младшего чиновника», которые совершили убийство, значимо — указывает на тяжесть преступления, зависит от статуса убитого и свидетельствует о понижении статуса убийцы в глазах автора «Чунь цю» (см. [Гунъян чжуань, гл. 19, с. 9а; гл. 14, с. 9а]). Согласно «Ли цзи», преступники, подвергшиеся наказанию, не находятся рядом с государем, государев дом не служит им приютом, сановники не кормят их, а младшие чиновники не разговаривают с ними при встрече на дороге; государь ссылает их в разные места в соответствии с их виной и не распространяет на них своего правления, показывая этим, что они не заслуживают того, чтобы жить (см. [Li Ki. Т. 1, с. 53:1(1), 52, с. 275: 111(11), 11]). Последовав в 1983 г. редакции Го Мо-жо (см. [ЯТЛДБ, с. 101]), Ван Ли-ци заменил знак ши *** («вначале», «начинать») на чи *** («стыдиться»), знак мин *** («повеление, приказ») на графически похожий знак цзинь *** («ныне»), а перед ним поставил точку (см. [ЯТЛ (ЦДБ), с. 598, 601, примеч. 3, 4]). Эта реконструкция требует перевода: «Поэтому простолюдины стыдятся нарушать какие-либо [запреты]. Ныне простолюдины, не следующие законам...» В нашем переводе 1983 г. мы, как и Ван Ли-ци, но независимо от него, приняли эту реконструкцию, потому что его редакция 1958 г. не казалась нам осмысленной (она предполагает перевод: «Поэтому простолюдины впервые нарушают приказ» [ЯТЛ, с. 353], который не вписывается в контекст). Но Ма Фэй-бай нашел способ сделать ее осмысленной: он поставил после чжи *** («это», «что-то», здесь: «какие-то [запреты]») запятую, а не точку, после минь *** («простолюдины») — точку и перевел: «Поэтому как только простолюдины начинают совершать преступления, их считают «простолюдинами, не следующими законам»» (см. [ЯТЛЦЧ, с. 403-404, примеч. 3]). Это толкование выглядит не менее убедительно, чем реконструкция Го Мо-жо, и к тому же не требует реконструкции текста. Поэтому мы предпочли его. Фу цзе *** («пожертвовать собой ради [соблюдения] честности (душевной чистоты, идеалов)» (см. [ХЮДЦД. Т. 1, с. 1185]) иногда переводят также «хранить честность» (см. [ХЮДЦД. Т. 2, с. 383, № 144; Эн тэцу рон, с. 270]) и даже «полагаться на честность» (рассматривая знак фу как результат искажения знака чжан *** «опираться на») (см. [Hulsewe, 1955. Т. 1, с. 325, 357, примеч. 46]). Вслед за Сато Такэтоси переводим ли *** (возможные в этом контексте значения — «принцип», «путь») словом «долг» (ср. [Эн тэцу рон, с. 270]): в пользу этого перевода говорят параллельные тексты, собранные Ван Ли-ци (см. [ЯТЛ (ЦДБ), с. 601, примеч. 5]). В кавычках — цитаты из «речи знатока писаний», чьи слова «императорский секретарь» употребляет в других контекстуальных значениях: если в речи первого выражение сян лянь *** означает «втягивать других [в разврат] (вступать с ними в связи?)», то в речи второго — «втягивать других [в преступление]» (ср. [ЯТЛЦЧ, с. 404, примеч. 4]; но ср. [там же, с. 402, примеч. 5]); если в речи первого выражение и цзе *** означает «одно-единственное коленце» (ствола бамбука), то в речи второго — «один сустав» (ср. гл. 56, с. 187 наст. изд.). Моделью единства членов родственной группы служит концепция «тела» (ср. [Кроль, 19816, с. 39-57]), согласно которой родители и дети — это одно тело, разделенное пополам (см. [там же, с. 42-43; ЛШЧЦ, св. 9, гл. 5, с. 61]; ср. [R. Wilhelm, с. 115-116]). Гуань нэй хоу *** *** — князья (хоу), живущие и получающие доход в столичной области «внутри застав» (т.е. к западу от заставы Ханьгу), на территории совр. пров. Шэньси; при Цинь и Хань гуань нэй хоу назывались обладатели 19-го ранга знатности, которые занимали положение выше «девяти министров», но ниже ле хоу (см. [Хуань Куань. Т. I, с. 214, примеч. 88 к гл. 1]) — князей хоу, обладавших 20-м рангом знатности. Они жили в столице, не имели каких-либо пожалованных территорий, а получали от императора право взимать налоги с населения определенных земель (поселений), расположенных в столичной области; отсюда титул этих князей (см. [ХШБЧ, гл. 3, с. 117, коммент. Жу Шуня; ЯТЛ (ЦДБ), с. 601, примеч. 7; Swann, с. 31; Переломов, 1962, с. 62; Ch'u, с. 83-84, примеч. 77]). У *** («пяток») — единица соседской системы, введенной (а скорее дополненной принципом коллективной ответственности) по инициативе Шанского Яна в государстве Цинь в 356 г. до н.э. (ср. [Hulsewe, 1985, с. 13 и примеч. 104]). Согласно Кога Нобору, в этой системе черты родственного объединения сочетались с чертами соседского: пять соседних семей составляли «[группу в] пять [семей]», или «пяток», который был родственным объединением, включавшим отца, сыновей, братьев и т.п., а два «пятака», чьи дома были обращены фасадом друг к другу, — «[группу в] десять [семей]», или «десяток» (ши ***), который не был родственным объединением; во главе каждой из этих единиц стояли соответственно «начальник пятка» и «начальник десятка». Члены «пятков» и «десятков» должны были трудиться совместно и оказывать друг другу взаимную помощь, а также несли ответственность за поддержание общественного порядка, уплату налогов, ведение списков; они обязаны были наблюдать друг за другом и были связаны правилом коллективной ответственности за преступление одного из них (см. [Koga Noboru, с. 554-556, 565-566]). Взаимные доносы были вменены в обязанность, за недоносительство человека разрубали пополам; донесший на преступника награждался так же, как отрубивший голову врага, а укрывший преступника наказывался, как сдавшийся врагу (см. [ШЦХЧКЧ, гл. 68, с. 8; Duyvendak, с. 14 и примеч. 7, с. 57-61; Переломов, 1968, с. 98-99; ЯТЛ, с. 356, примеч. 4]). Циньское право содержало также правила, касающиеся вынесения приговора за ложный донос (см. [ШХДЦМЧЦ, с. 192-194]). Система «пятков» и «десятков» действовала и при Хань, и во времена Ван Мана (см. [Swann, с. 353; HFHD. Т. 3, с. 307, 371, 401, 410, 502; Hulsewe, 1955. Т. 1, с. 273, 283, примеч. 63, 64; ХШБЧ, гл. 76, с. 4747; и др.]).

2. Выражение дэн чжи и син *** *** толкуют и переводят по-разному: «применять наказания», «наказывать» (см. [Эн тэцу рон, с. 270; Dispute, с. 252]); «обходиться с (кем-либо), применяя наказания» (см. [Ян Шу-да, с. 69]); «придать (кому) единство (единообразие) с помощью наказаний», как в высказывании Конфуция, где вместо дэн употреблен его синоним ци *** (см. [ЯТЛ (ЦДБ), с. 601, примеч. 9]; ср. [Лунь юй, с. 13: 2.3; Legge, СА, с. 146]; перевод см. гл. 35, с. 110 и примеч. 5 наст. изд.); «оценивать (измерять) тяжесть наказания» (см. [ЯТЛЦЧ, с. 405, примеч. 1]). Наиболее убедительным кажется толкование Ян Шу-да; японский и французский переводы могут быть приняты постольку, поскольку по смыслу они не противоречат этому толкованию; довольно убедительно и толкование Ван Ли-ци; недопустимо лишь толкование Ма Фэй-бая, так как в этом контексте имя существительное син выступает как название орудия действия, обозначенного глаголом дэн, а не как его прямое дополнение. В редакции 631 г. после юань *** («роптал») стоит конечная частица и *** (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 735]). Четыре великих преступника, которых покарал Шунь, — Гун-гун *** (см. о нем [Сыма Цянь, пер. Вяткина и Таскина. Т. 1, с. 137-138, 140, 234-235, примеч. 63]), Хуань-доу, варвары саньмяо и Гунь. Слова о карательной деятельности Шуня, взятые в кавычки, — это цитата из «Мэн-цзы» (ср. [Мэн-цзы, с. 212-213: 9.3; Legge, Mencius, с. 349]), где, в свою очередь, цитируется текст «Шу цзина» (ср. [Legge, Shoo К., с. 40: II.I.V, 12]), выделенный нами с помощью внутренних кавычек. В редакции 631 г. вместо фу *** («подвергался») стоит фу *** с тем же значением (оба знака взаимозаменялись); вместо вэй *** («только») стоит его графически сходный синоним вэй ***; после местоимения чжи *** стоит вопросительная конечная частица ху *** (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 735]). Предложения в кавычках о людях, подвергшихся наказанию, — цитаты из «Гунъян чжуань», где сказано: «Люди, подвергшиеся наказанию, — это не те люди. Благородные мужи не приближаются к людям, подвергшимся наказанию; если кто приближается к людям, подвергшимся наказанию, то это путь презрения к смерти» (см. [Гунъян чжуань, гл. 21, с. 56]; ср. [ХШБЧ, гл. 62, с. 4260-4262; Watson, 1958, с. 59, 215-216, примеч. 107-109; Алексеев, 1958, с. 81]).

3. «Камера для разведения шелковичных червей» — теплое и темное помещение, где производили оскопление (см. [ХШБЧ, гл. 62, с. 4265; Hulsewe, 1955. Т. 1, с. 127-128]). Здесь термин су вэй («ночная охрана (стража) дворца») (см. примеч. 2 к гл. 17 наст. из.) употреблен в глагольном значении «охранять по ночам» и указывает на службу императорского телохранителя. Вслед за Ван Ли-ци читаем ю дэ *** вместо дэ ю и принимаем для ю значение «еще», предложенное Чэнь Цзунь-мо (см. [ЯТЛ, с. 354, 356, примеч. 7]). Ма Фэй-бай читает эти знаки в последовательности дэ ю и принимает для ю значение «вследствие»; на его взгляд, смысл этого предложения — «имеет возможность вследствие того, что получает жалованье и т.д., сделать так, что сам пользуется почетом...» (см. [ЯТЛЦЧ, с. 405-406, примеч. 10]). Хо ци жао *** *** переводили и «достигает богатой жизни» (см. там же; ср. [Эн тэцу рон, с. 271]), и «пользуются их богатствами» (см. [Dispute, с. 252]). Мы предпочли второй перевод. Тай гуань *** («Великий приказ, [ведающий императорской пищей]») — учреждение, ведавшее питанием во дворце; его возглавлял «начальник» (лин ***), имевший семь «помощников» (чэн ***) и 3000 подчиненных ему рабов; оно относилось к ведомству «малого казначея» (см. [Bielenstein, 1980, с. 51]; ср. [там же, с. 57, 60, 61, 68, 171, примеч. 196, с. 173, примеч. 238, с. 174, примеч. 225, с. 197, примеч. 26]). Дао цзюй *** — орудия наказания через увечье: нож служил для оскопления мужчины, пила — для отпиливания ног; но известно, что подвергшийся оскоплению говорил о себе как о том, что осталось после применения «ножа и пилы» (см. [ХШБЧ, гл. 62, с. 4261]; ср. [Watson, 1958, с. 59; Морохаси. Т. 1, с. 189, № 8]). Пример судьбы, описанной в этом отрывке (и то, если быть точным, не без оговорок), дает только жизнь Сыма Цяня (см. [Ван Пэй-чжэн, с. 207]). Указывая на это, Ма Фэй-бай подчеркивает противоположность взглядов конфуцианца и «сановника» на этого историка (см. [ЯТЛЦЧ, с. 406, примеч. 12]) — в отличие от «знатока писаний» «сановник» с одобрением цитирует слова Сыма Цяня (см. выше, гл. 18, с. 39-40 и примеч. 29 наст. изд.).

4. Вслед за Ван Ли-ци (см. [ЯТЛ, с. 354, 357, примеч. 8-10]) вводим в текст знак цзинь *** («ныне») в начале первого предложения и знак чжуань *** («Комментарий») после названия «Чунь цю ***», а знаком сян *** («друг друга, других») заменяем сяо в сочетании сяо цзо ***; эта реконструкция основана на редакции 631 г. (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 735]). В кавычках — цитаты из Конфуция: «Казнить, не наставив, — это называют жестоко обращаться [с людьми]» [Лунь юй, с. 217: 20.2]; ср. [Legge, CA, с. 353]. Под «Комментарием» (ср. [Хуань Куань. Т. I, с. 213-214, примеч. 87 к гл. 1]) имеется в виду «Гунъян чжуань»: в кавычки заключена почти точная цитата оттуда (ср. [Гунъян чжуань, гл. 18, с. 7а]); но там первые два предложения следуют в обратном порядке. Как показал Ван Ли-ци, цинь ци *** (ср. [Хуань Куань. Т. I, с. 321, примеч. 52 к гл. 9]) — в данном случае близкие родственники: отец (или родители), сыновья, старшие и младшие братья (см. [ЯТЛ, с. 357, примеч. 11]). Описание ханьских законов о коллективной ответственности, данное «знатоком писаний», похоже на то, что нам известно про законы Шанского Яна о круговой поруке (см. [ХФЦ, гл. 13, с. 239, 243, примеч. 21; гл. 43, с. 907, 910, примеч. 15, 16 (ср. Liao. Т. 1, с. 115; т. 2, с. 213); ШЦХЧКЧ, гл. 68, с. 7-8 и коммент. Сыма Чжэна]; а также [Хуань Куань. Т. I, с. 298, ссылки в примеч. 30 к гл. 7]). Смысл сравнения действия законов о коллективной ответственности с последствиями ранения мизинца становится понятен в свете сообщения о конце царя У Хэ-люя: тот был «ранен в палец», от этого заболел и умер (см. [ШЦХЧКЧ, гл. 66, с. 14]). В редакции 631 г. вместо знака чжи *** в двух случаях стоит уместный здесь знак эр *** (показатель определения к сказуемому). Она дает также более развернутый вариант последнего предложения: «А поскольку это так, то за виновного по аналогии [с ним] карают невинных; если же по аналогии [с ним] карают невинных, то невинных, [избежавших наказания], в Поднебесной будет мало» [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 735]. В редакции 631 г. стоит сочетание фань чжу ***, принятое Ван Ли-ци; в большинстве изданий «Янь те лунь» вместо этого стоит цзи чжу *** («распространить кару на»), а в пяти изданиях стоит сочетание чжу цзи *** («кара распространяется на...»), принятое Ма Фэй-баем (см. [ЯТЛ, с. 354, 357, примеч. 13; ЯТЛ (ЦДБ), с. 599, 603, примеч. 22, 23; ЯТЛЦЧ, с. 406, примеч. 15]). Вслед за Ван Ли-ци мы приняли чтение фань чжу, условно переведя это сочетание «карать по аналогии с»; но вполне приемлема и редакция Ма Фэй-бая, требующая перевода «распространяют кару виновного на невинных».

5. Лу Вэнь-чао считал второй знак минь *** («простолюдины») в речи Цзы-гуна плеоназмом (см. [ЯТЛ, с. 357, примеч. 15]); Го Мо-жо заменил его знаком цзюэ *** («этот») (см. [ЯТЛДБ, с. 102]); в 1983 г. и Ван Ли-ци (см. [ЯТЛ (ЦДБ), с. 599, 603, примеч. 24]), и мы независимо друг от друга последовали за Лу Вэнь-чао. Еще в «Кунь сюэ цзи вэнь» (гл. 10) отмечается, что Цзан Вэнь-чжун и Цзы-гун не были современниками и что в этой речи «знатока писаний» ошибка. По этому поводу Лу Вэнь-чао высказал соображение, что, возможно, Цзы-гун дал оценку Цзан Вэнь-чжуну задним числом. В свою очередь, Ван Ли-ци заметил, что в гл. 3 «Хань Ши вай чжуань» содержатся высказывания Цзы-гуна, осуждающие жестокие расправы с преступниками в Лу в период правления Цзисунь-цзы *** *** (см. [HSWC, с. 105-106]); он предполагает, что, возможно, в рассматриваемом тексте «Янь те лунь» имя Цзан Вэнь-чжуна стоит по ошибке вместо имени Цзисунь-цзы (см. [ЯТЛ, с. 357-358, примеч. 16]). Это предположение кажется довольно натянутым. Его не разделяет Ма Фэй-бай, тоже согласный с Лу Вэнь-чао (которого он при этом не называет), что Цзан Вэнь-чжун и Цзы-гун не были современниками и что второй рассуждал о первом задним числом: он указывает, что у Конфуция тоже есть критика в адрес Цзан Вэнь-чжуна (см. [ЯТЛЦЧ, с. 406, примеч. 16]; ср. [Лунь юй, с. 172: 15.14; Legge, CA, с. 298-299]). Тем более вероятно, добавим мы, что о Цзан Вэнь-чжуне мог критически отзываться и ученик Конфуция Цзы-гун.

6. В редакции 631 г. фразы сообщения о Цзы-чане следуют в обратном порядке: «казнил одного человека и наказал двух людей»; там же вместо знака и *** стоит уместный здесь по смыслу (ср. [ЯТЛ, с. 358, примеч. 17]) графически похожий знак сы *** («быть подобным»), а на конце последнего предложения стоит конечная частица и *** (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 735]). Ма Фэй-бай видит в этом казненном Дэн Си (см. [ЯТЛЦЧ, с. 406, примеч. 18]). Как показал Ван Ли-ци, в древних книгах знаки и и сы взаимозаменялись (см. [ЯТЛ (ЦДБ), с. 603, примеч. 26]). В отличие от него Ма Фэй-бай считает неверным чтение сы в редакции 631 г. и приписывает и *** значение слова вэй *** (см. [ЯТЛЦЧ, с. 406, примеч. 19]). Мы приняли редакцию Ван Ли-ци. Об «отце и матери» народа ср. [Хуань Куань. Т. I, с. 280, примеч. 29 к гл. 6]. Шоу ни сян цзо чжи фа *** («закон об осуждении за чужое (досл.: [совершенное] другим) [преступление] зачинщика укрывания [преступника]») стал применяться более сурово в век У-ди (см. [Хуань Куань. Т. I, с. 361, примеч. 31 к гл. 12]) и только в 66 г. до н.э. подвергся «конфуцианизации» (модифицировавшись в сторону партикуляризма): из сферы его действия были исключены родители и дети, внуки и деды с бабками, мужья и жены и, вероятно, старшие и младшие братья (см. подробно [Кроль, 1977в, примеч. 38]; ср. [HFHD. Т. 2, с. 224-225 и примеч. 10.1; и др.]). Но другие категории лиц продолжали осуждаться по этому закону, о чем свидетельствуют случаи его применения в 65 и 55 гг. до н.э. (см. [ХШБЧ, гл. 15Б, с. 630; гл. 15А, с. 607; ЯТЛЦЧ, с. 406-407, примеч. 20]). Конфуцианская критика «постановления о зачинщиках укрывания преступника» повлияла на соответствующие взгляды даосских эклектиков (см. [Кроль, 1977в, примеч. 38; Кроль, 1974а, с. 64-65]).

7. В редакции 631 г. в начале первого предложения стоит знак вэнь *** («я слыхал») (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 735]). Вслед за Чэнь Цзунь-мо и Ван Ли-ци перемещаем его в начало второго предложения (см. [ЯТЛ, с. 355, 358, примеч. 20; ЯТЛ (ЦДБ), с. 599, 604, примеч. 30]); это лучше и с точки зрения параллелизма. Также вслед за Ван Ли-ци заменяем знак ци *** («разве») (см. [ЯТЛЦЧ, с. 405]) более уместным здесь по смыслу знаком ци *** («он»), стоящим и в редакции 631 г., и в «Гунъян чжуань». Слова в кавычках в этом предложении — цитаты из «Гунъян чжуань» (ср. [Гунъян чжуань, гл. 14, с. 8а]). Слова в кавычках во втором предложении — почти точная цитата из «Лунь юй» (см. [Хуань Куань. Т. I, с. 361, примеч. 31 к гл. 12]). Дун Чжун-шу процитировал эти слова, обосновывая оправдательный приговор человеку, который спрятал усыновленного и выращенного им найденыша, совершившего убийство; при этом философ ссылался не на «Лунь юй», а на «принцип справедливости» «Чунь цю»; императорским эдиктом обвиняемый был оправдан (см. [Ду Ю, гл. 69, с. 382; Чэн Шу-дэ, с. 164]). Мянь цзэй ***, согласно комментарию Янь Ши-гу, означает «избавить... от наказания за причиненный вред и смуту» (см. [ХШБЧ, гл. 51, с. 3836]), т.е. цзэй означает «причинять вред», «разрушать», «убивать», «убийца» (ср. [Hulsewe, 1955. Т. 1, с. 253]). В «Гунъян чжуань» есть изречение: «[Нарочно] медленно преследовать и дать убежать разбойнику (и *** цзэй) — это путь отношения к близким как к близким (т.е. любви к близким родственникам. — Ю.К.)» [Гунъян чжуань, гл. 9, с. 9а-9б]. В версии этого изречения, приведенной в «Гулян чжуань», тоже стоит выражение и цзэй (см. [Гулян чжуань, гл. 1, с. За]), как в одном издании «Янь те лунь». Поскольку Хуань Куань опирался на традицию «Гунъян чжуань», Ван Ци-юань *** *** пришел к выводу, что экземпляр этого комментария, которым пользовался Хуань Куань, отличался от экземпляра Хэ Сю; Сунь Жэнь-хэ, основываясь на западноханьском использовании процитированного выше текста из «Гунъян чжуань», где стоит мянь цзэй, а не и цзэй (см. [ХШБЧ, гл. 51, с. 3836]), считает, что так вполне могло быть и в экземпляре, который был в распоряжении Хуань Куаня (см. [ЯТЛ, с. 358, примеч. 22]; ср. [Ван Пэй-чжэн, с. 207-208]). Следовательно, это выражение «Янь те лунь» восходит к «Гунъян чжуань», и его нужно сопоставлять с выражением и цзэй; в таком случае оно значит «дать ускользнуть (освободить, дать спастись) разбойнику (или злодею)».

8. Цитаты из «Гунъян чжуань» (ср. [Гунъян чжуань, гл. 23, с. 76; гл. 11, с. 86; гл. 2, с. 7а, 16, 26; гл. 3, с. 8а; гл. 5, с. 1а]). Эти формулы истолкованы в [Кроль, 1972, с. 64-65; Кроль, 1980, с. 153-154]. Ср. также [ЯТЛ, с. 358, примеч. 23, коммент. Ван Ци-юаня].

9. Цитата из «Гунъян чжуань» (ср. [Гунъян чжуань, гл. 10, с. 46]). «Зачинщик зла» — идейный инициатор преступления, подстрекающий к нему других, — должен быть наказан особенно сурово в связи с тем значением, которое комментаторы школы Гунъян придавали преступной воле (ср. гл. 55, с. 181-182 и примеч. 12 наст. изд.). О «зачинщике зла» см. [ЧЦФЛ, гл. 5, с. 20; ШЦХЧКЧ, гл. 112, с. 18; гл. 130, с. 24 (ср. Watson, 1961. Т. 2, с. 230; Watson, 1958, с. 52); ХШБЧ, гл. 77, с. 4798; гл. 83, с. 4935, 4936 (ср. [Hulsewe, 1955. Т. 1, с. 265-266)]; ср. примеч. 12 к гл. 55 наст. изд.

10. В редакции 631 г. перед знаками хуань чжуй *** («[нарочно] медленно преследуют») стоит знак нэн *** («могут»); в последнем предложении после знаков ши у (см. примеч. 1 к гл. 57 наст, изд.) стоит знак эр *** вместо чжи ***, а после знаков сян цзо *** («осуждение... за [преступление] одного из них») стоит связка е ***. Ван Сянь-цянь считает оба последних чтения правильными (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 735; ЯТЛ, с. 359, примеч. 26]).

11. У ши *** — то же, что у вэй *** («бездействие», «недеяние»). Первая цитата в кавычках — из «Лао-цзы» (ср. [Лао-цзы, § 57, с. 149]; ср. [Ян Хин-шун, с. 146]) — воспроизведена неточно. Вторая цитата в кавычках — из Конфуция (ср. [Лунь юй, с. 135: 12.11; Legge, CA, с. 256; Fung, 1973. Т. 1, с. 60]).

12. В кавычках — цитаты из речи «императорского секретаря» (ср. гл. 57, с. 188 наст. изд.).

13. Образ человека, стоящего над глубокой пропастью (или омутом), есть в «Ши цзине» (см. [Legge, She К., с. 333: II.V.I, 6]; ср. [Шицзин, с. 259]).Чжан Дунь-жэнь предлагает заменить знак цзянь *** («сильный, неутомимый») графически сходным цзе *** («проворный, проворство») в связи с тем, что у Сыма Сян-жу царевич Цин-цзи упомянут как образец «проворства» (цзе) (см. [Hervouet, 1972, с. 173Ь, 176 и примеч. 2]). «Проворство Цин-цзи» и «смелость Мэн Бэня и Ся Юя» были в I в. до н.э. литературным клише (см. [ХШБЧ, гл. 65, с. 4380 и коммент. Янь Ши-гу]; ср. [Watson, 1974, с. 80; ЯТЛ (ЦДБ), с. 605, примеч. 39]), видимо восходящим к Сыма Сян-жу. В трех изданиях «Янь те лунь» вместо дао ли *** («бояться, страх») стоит сун *** ли («задрожать от страха»); как указывают Чэнь Цзунь-мо и Ван Ли-ци, это напрасная попытка исправить текст (см. [ЯТЛ, с. 359, примеч. 29]). Выражение «мозг и печень запачкают [кровью]» — из Сыма Сян-жу (ср. [Hervouet, 1972, с. 151а, 151]).

14. В кавычках — не вполне точно воспроизведенная цитата из «Хуайнань-цзы» (ср. [ХНЦ, гл. 13, с. 119]). Выражение «наступить на лезвия» восходит к «Чжун юн» (см. [Legge, DM, с. 389: IX]). «Народ не посмеет нарушать» — выражение из доклада Ли Сы, где развивается аналогичная мысль и в подкрепление ее тоже цитируются те слова из «Хань Фэй-цзы», которые далее приводит «императорский секретарь» (ср. [ШЦХЧКЧ, гл. 87, с. 30; Bodde, 1938, с. 40]). «У любящей матери бывают испорченные дети» и «в семье, где строгие нравы, не бывает буйных рабов» — цитаты из «Хань Фэй-цзы» (ср. [ХФЦ, гл. 50, с. 1097; А.Иванов, с. 316; Liao. Т. 2, с. 306]), где они следуют в обратном порядке. Ли Сы писал в своем докладе трону о необходимости «расследовать и требовать [к ответу]» (ок. 209 г. да н.э.): «Поэтому Хань-цзы говорил: «У любящей матери бывают испорченные дети, а в семье, где строгие нравы, не бывает буйных рабов». Почему? Явно потому, что умеющий наказывать виновного непременно усугубляет это [наказание] (см. продолжение перевода в примеч. 6 к гл. 55 наст. изд. — Ю.К.)... Только мудрый правитель умеет провести суровое расследование легкого преступления; ведь если расследование суровое, даже когда преступление легкое, что же говорить о [случае], когда бывает совершено тяжкое преступление? Поэтому народ не посмеет нарушать [законов]». Как видно из этого, «императорский секретарь» толкует «Хань Фэй-цзы» в духе Ли Сы; в этом рассуждении проводится принцип «сделать неотвратимыми наказания» (см. примеч. 1 и 6 к гл. 55 наст. изд.). «Неспособность] вынести [страдания других] в мелочах» — цитата из Конфуция (ср. [Лунь юй, с. 174-175: 15.27; Legge, СА, с. 302]), где значение этого выражения шире: «нетерпеливость (невыдержанность) в мелочах», причем оно указывает и на вспыльчивость по поводу мелочей, и на доброту в мелочах («человеколюбие женщины»), и на отсутствие подлинной отваги мужественного воина («смелость простолюдина») — обе последние черты находили у Сян Юя (см. [ШЦХЧКЧ, гл. 92, с. 6-7; De Francis, с. 185; Кроль, 19706, с. 179]), — и на мелкую жадность. В данном случае речь идет о «человеколюбии женщины», почтительной, любящей, ласковой и полной сострадания в личных отношениях, но и только; вспомним в связи с этим определение «человеколюбия» у «Мэн-цзы» как «не[способности] вынести [страдания других]» (см. [Хуань Куань. Т. I, с. 186, примеч. 11 к гл. 1]). Последнее предложение в кавычках — почти точно воспроизведенная цитата из того же доклада Ли Сы от 209 г. до н.э. (ср. [ШЦХЧКЧ, гл. 87, с. 32; Bodde, 1938, с. 41]). Следуя предложению Ян Шу-да (см. [Ян Шу-да, с. 71]), вместо сю *** («совершенствовать, осуществлять»; в переводе Ма Фэй-бая «заниматься» — см. [ЯТЛЦЧ, с. 408, примеч. 6]) читаем сюнь *** (последовать»).

15. Тирану Чжоу приписывалось создание наказания «огнем (или: [через] сожжение, поджаривание)» (пао ло ***), согласно традиции состоявшего в том, что медный столб обмазывали жиром и помещали горизонтально над раскаленными угольями, а преступника заставляли пройти по нему, и он, поскользнувшись, падал на уголья и погибал на потеху наложнице тирана Чжоу (см. [ШЦХЧКЧ, гл. 3, с. 28 и коммент. 29]; ср. [МН. Т. 1, с. 201 и примеч. 1, с. 202; Сыма Цянь, пер. Вяткина и Таскина. Т. 1, с. 176, 296, примеч. 105; О'Hara, с. 188; ХНЦ, гл. 11, с. 91]; ср. [Wallacker, с. 30, 54, примеч. 38]). Фраза «Чжоу... создал наказание огнем» — из «Сюнь-цзы» (см. [СЦЦШ, гл. 15, с. 203]; ср. [Koster, 1967, с. 196; ШЦХЧКЧ, гл. 22, с. 15]; ср. [МН. Т. 3, с. 218-219]). Шоу ну *** (или шоу ну ***, как в редакции 631 г.) (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 736]) дословно значит «арест жены и детей [преступника]». Наказание фигурирует в одном из законов Шанского Яна от 356 г. до н.э., где ему подлежат «[семьи] тех, кто занимается [извлечением] прибылей из второстепенного занятия, а также тех, кто беден из-за [собственной] лени» (см. [ШЦХЧКЧ, гл. 68, с. 8-9]; ср. [Duyvendak, с. 15; Переломов, 1968, с. 98]). Сыма Чжэн считает, что собирали и переписывали жен и детей таких преступников, «конфисковали» их и превращали в казенных рабов. Нагаи Сэкитоку (1732-1817) полагает, что речь идет об обращении в рабство самих этих преступников, а не их жен и детей, и такого же взгляда придерживаются оба переводчика. Однако ханьские материалы свидетельствуют, что речь идет об аресте и наказании жен и детей преступника, и о том же говорят комментарии II-III вв. (см. [ШЦХЧКЧ, гл. 10, с. 13-14, 45 и коммент. Ин Шао и Су Линя]; ср. [МН. Т. 2, с. 454-455; Сыма Цянь, пер. Вяткина и Таскина. Т. 2, с. 226-227, 245, 455, примеч. 20; HFHD. Т. 1, с. 233 и примеч. 3, с. 306 и примеч. 2.1; Hulsewe, 1955. Т. 1, с. 114 и примеч. 53, с. 341-342, 396-399, примеч. 239-246; ХШБЧ, гл. 4, с. 130; гл. 5, с. 158; гл. 23, с. 1988-1983; гл. 100Б, с. 5849; Морохаси. Т. 5, с. 468, № 184-186]). В январе-феврале 179 г. до н.э. император Вэнь-ди отменил наконец продолжавший действовать до тех пор закон («статуты и указы») об аресте жен и детей преступника. К ханьским свидетельствам об этом циньском законе следует добавить данные законов царства Цинь, сравнительно недавно ставшие известными науке; здесь не встречается термина шоу ну, но не менее четырех раз фигурирует его первый компонент шоу, использованный (по мнению исследователей и переводчиков этих законов) в значении шоу ну, причем термин шоу относится к женам и детям преступника (см. [ШХДЦМЧЦ, с. 201, 224, 235]).

16. «Мертвые лежали друг на друге» — клише, ранее встречается в «Хуайнань-цзы» (ср. [ХНЦ, гл. 8, с. 65]). Следующее предложение — тоже, видимо, клише. Следующие два выражения в кавычках — цитаты из речи Цзи Аня ***, произнесенной в период между 129 и 124 гг. до н.э., в которой описывается страх народа Поднебесной перед Чжан Таном и его законами (ср. [ШЦХЧКЧ, гл. 120, с. 7; Watson, 1961. Т. 2, с. 347]).

17. Первые слова в кавычках — цитата из «Ши цзина» (ср. [Legge, She К., с. 317: II.IV.VIII, 6; Шицзин, с. 249]). Два следующих выражения в кавычках — неточные цитаты из речи «императорского секретаря» (ср. гл. 57, с. 190, 191 наст. изд.). В редакции 631 г. вместо мань *** («пренебрегать») стоит его синоним, взаимозаменяющийся с ним знак мань ***; вместо цань *** («вредить») стоит графически похожий знак цзянь *** («топтать, попирать»); вместо да *** («очень, чрезвычайно») стоит его синоним, графически похожий знак тай ***; в конце последнего предложения стоит уместная здесь связка е *** (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 736]). Во фразе ««наказания (фа ***])» не были «неотвратимыми»» использована формулировка «Хань Фэй-цзы» «сделать неотвратимыми наказания» (см. примеч. 1 к гл. 55 наст. изд.). Видимо, в этой формулировке слово фа значит не «другие наказания» в отличие от «наказаний через увечье» (син ***) (ср. [Hulsewe, 1955. Т. 1, с. 347-348, 416, примеч. 331, с. 436]), а «наказания» вообще. Не вполне ясно, что означают слова фа и син в рассматриваемой фразе: разные виды наказаний или наказания вообще (т.е. оба выступают как синонимы)? Скорее справедливо второе. Наш перевод условный.

18. В редакции 631 г. (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 736]) перед дополнениями шан *** («высшего») и чжу *** стоит местоимение ци *** («своего»); вместо слова минь *** («народ») стоит слово чэнь *** («подданные»); вместо сочетания цзянь ша *** («был убит») стоит сочетание и ши *** («поэтому был убит (досл.: подвергся цареубийству)»), что лучше по соображениям параллелизма; вместо знака хань *** («буйный, дерзкий») стоит знак гэ *** («драчливый»?) (как отмечает Ван Ли-ци, гэ *** — то же, что графически сходный с ним знак гэ ***, синонимичный хань; именно знак гэ *** стоит в тексте доклада Ли Сы) (см. [ЯТЛ, с. 360, примеч. 42]; ср. примеч. 14 к гл. 57 наст. изд.). Князь (гун) Ли *** (581-574 или 580-573 гг. до н.э.) государства Цзинь, как сказано в «Хуайнань-цзы», достиг военного могущества, одержав победы над другими удельными правителями, исполнился высокомерия, был безмерно расточителен и жестоко тиранил народ; у него не осталось сановников, которые бы помогали ему, и он лишился помощи других князей, казнил крупных сановников и слышал от приближенных только лесть; во время одной из его поездок двое его сановников со своими приверженцами схватили князя, угрожая ему, и «заключили его в тюрьму»; никто из удельных правителей не пришел ему на выручку, никто из народа не горевал о нем, и он умер в заключении через три месяца (см. [ХНЦ, гл. 18, с. 159]; ср. [ШЦХЧКЧ, гл. 39, с. 79-83; МН. Т. 4, с. 323-327; Сыма Цянь, пер. Вяткина. Т. 5, с. 174-176]). О гибели Эр-ши см. примеч. 12 к гл. 52 наст. изд. Последние две фразы в кавычках — цитаты из речи «императорского секретаря» (ср. гл. 57, с. 191 наст. изд.).

19. В редакции 631 г. (см. [ЦШЧЯ, гл. 42, с. 736]) вместо чжи *** («знать») стоит уместный здесь знак хэ *** («привести в гармонию») (Лу Вэнь-чао предлагал менее удачную замену чжи на энь *** «милости») (см. [ЯТЛ, с. 360, примеч. 43]); после фа *** («законы») стоит уместный здесь знак и *** («чтобы»); вместо минь *** («народ») стоит знак жэнь *** («люди»); вместо сочетания ши энь *** стоит сочетание энь ши ***, в большей степени соответствующее требованиям параллелизма (см. [ЯТЛ, с. 360, примеч. 45, коммент. Ван Сянь-цяня]. Мы приняли эти чтения (ср. [ЯТЛ (ЦЦБ), с. 600, примеч. 54-55, 57-61]). О сокращении циньских законов и сведении их к законам в «трех разделах» см. примеч. 13 к гл. 55 наст. изд. «Любящая мать» — цитата из речи «императорского секретаря» (ср. гл. 57, с. 191 наст. изд.).

(пер. Ю. Л. Кроля)
Текст воспроизведен по изданию: Хуань Куань. Спор о соли и железе (Янь те лунь). Том II. СПб. Петербургское востоковедения. 2001

© текст - Кроль Ю. Л. 2001
© сетевая версия - Strori. 2012
© OCR - Karaiskender. 2012
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Петербургское востоковедение. 2001