Главная   А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я  Документы
Реклама:

191. К Пеанию.

Когда ты чувствуешь, достопочтеннейший и медасладчайший мой владыко, прискорбно и тяжесть разлуки с нами, то вспомни, каким делом ты заправляешь, — вспомни, что ты стараешься целый город, или — лучше — действуя чрез этот город, целую вселенную поставить на правый путь, и утешься, развеселись. Тому, кто приносит столько пользы, как ты, можно много радоваться. Если другие безмерно радуются, собирая деньги, [783] гибнущие и погубляющие их, и перенося при том долговременную разлуку с своим домом, женою, детьми и всеми родными, то где положить предел радости тому богатству, тому бесценному сокровищу, которое ежедневно собираешь ты одним своим пребыванием там? Говорю это не из лести тебе, — здесь, заочно, то же самое все слышат от меня, — но по чувству живейшего удовольствия, по чувству радости, в одушевлении от восторга. В самом деле, тебе достаточно только показаться, чтобы обратить там многих на правый путь, укрепить, поощрить, сплотить в одно целое. Ты — настоящий мой полководец; я знаю твои доблестные подвиги там, твою ревность, бдительность, хлопоты, душевную тревогу, неустрашимость, свободу, с какою ты восставал даже против епископов, когда того требовали обстоятельства, с надлежащею, конечно, сдержанностью. И прежде я высоко ценил тебя за это, но еще гораздо выше ставлю в настоящее время, когда, не имея ни одного помощника себе там, — так как одни бежали, других прогнали, третьи скрываются, — ты один стоишь теперь во главе строя, украшая собою его чело, и не только не даешь никому перебежать на другую сторону, но даже из рядов противников ежедневно привлекаешь кого-нибудь в ряды твоей мерности. Но это еще не все. Не менее этого изумляет меня то, что, неизменно оставаясь на одном месте, ты простираешь в то же время свою заботливость на всю вселенную, на дела в Палестине, в Финикии, в Киликии, дела которой, впрочем, требуют с твоей стороны особенного попечения. Палестиняне и финикийцы, как я верно узнал, не приняли посланного туда нашими противниками и даже не удостоили его ответа, по эгский, как я слышал, и тарсийский (епископы) на их стороне, я каставальский 1 писал сюда одному из наших друзей, что константинопольцы принуждают их 2 принять участие в своем беззаконии, но что они пока противятся. Надобно, следовательно, тебе особенно постараться, особенно позаботиться, чтобы и эту часть привесть в порядок, — и написать к своему двоюродному брату, владыке моему, господину епископу Феодору. Что касается Фаретрия, горько и крайне прискорбно: при всем том, так как пресвитеры его не сходятся с нашими противниками, как ты пишешь, и не решаются иметь с ними общение, говоря по крайней мере, что держатся еще нашей стороны, то ты не [784] сообщай им ничего этого, — то, что сделал против нас Фаретрий, действительно, не допускает уже никакого извинения. Весь клир его скорбел, сетовал, плакал и был всею душою за нас. Но, говорю, чтобы не оттолкнуть их и не сделать неприязненнее к нам, ты, узнав все из донесения чиновников префектуры, удержи про себя и обращайся с ними как можно мягче, — я знаю твою благоразумную находчивость, — скажи им, что вот и мы слышали, что он очень скорбел об этом событии и что он готов бы был все перенести, чтобы только поправить все это дурное дело. Здоровье наше совершенно удовлетворительно; прошли и последние остатки болезни. Право, когда вспомним, что это также составляет предмет твоих забот, то одна мысль, что у нас есть так горячо преданный нам друг, прибавляет нам не мало сил. Да наградит тебя Бог за такое усердие к нам, за такую любовь и ревность неусыпную, как в настоящей жизни, так и в будущем веке, — да оградит, да охранит, да утвердит тебя в ненарушимом спокойствии и да сподобит неизреченных своих благ. Дай Бог и нам поскорее увидеть тебя, насытиться излияниями твоей нежной души и дождаться этого всерадостного праздника. Ты знаешь, что счастие удостоиться твоего приятнейшего и вожделеннейшего общества и по прежнему опять пользоваться им составляет для нас истинный праздник и торжество.


Комментарии

1. То ость, епископ города Каставал, принадлежавшего также, как и города Эги и Тарс, к Киликийской провинции.

2. То есть, каставальскую епископию, — каставальцев.